Глубина не меньше нескольких метров. В диаметре не меньше полуметра. И это с учётом того, что основную мощность заряда принял на себя робот, у которого наверняка был встроенный энергетический щит. К тому же он сам сделан из металла.
Невольно бросаю взгляд наверх. Это какая мощность у хреновин из которых они вели огонь? И с какой целью проектировщики установили такое вооружение в промышленной зоне? Зачем? Расщеплять рабочих на атомы? Для этого есть куда более дешёвые и не менее эффективные способы. Не понимаю.
Чем ближе мы к зданию, тем чаще встречаются разрушения.
Оказавшись перед целью, останавливаемся. Вернее, замираем в состоянии изрядного удивления. Безусловно, я предполагал, что управление службы «Последнего часа» приняло на себя серьёзную долю огневого удара. Но сейчас перед моим взором только груды обломков. По которым ещё и отстрелялись сверху импульсами. Достаточно прыгнуть в экзоскелете, чтобы рассмотреть десятки «отверстий-воронок» от попаданий.
Ещё раз осмотрев всё в прыжке, приземляюсь на кусок целого асфальта. Слышу голос Харра.
— На карте обозначена точка входа, уэсама. Судя по всему, метрах в пятидесяти от нас.
Твою дивизию. Надо бы запросить у медицинской системы стимуляторы для мозговой активности. Как-то я слишком часто стал тупить в последнее время. То ли сказывается острая нехватка сна, то ли что-то иное.
— Вперёд.
Выставляю порядок построение и медленно продвигаемся по развалинам. Впереди мы с Уной, позади Уран и Харр. Хэч с Эйрой замыкают.
Оказавшись около координат, отмеченных на карте, удивлённо хмыкаю. Такие же руины, как и всё вокруг. Нам предлагают самим пробивать путь?
Вот теперь я жалею о том, что убрал «суб-контроллёров» с канала связи. Прямой контакт с кем-то из них сейчас здорово пригодился бы.
Приблизившись, техника принимается разгребать развалины при помощи мощных манипуляторов и резаков. Потом задействует их для того, чтобы пробиться глубже. Жду, что нам освободят путь, как только они окажутся на первом подземном этаже.