Просто понял, что из всех девушек, которые начали появляться в бесчисленном количестве на моем горизонте в последние дни, хочу видеть рядом с собой только одну. Тебя. – И, снова поцеловав ее в приоткрытые губы, предложил: – Пойдем жениться, ангел?
– А знаешь что… Пойдем! – тряхнув волосами, рассмеялась девушка. – Не зря же я лучшее платье сегодня на праздник надела. Только мне хотелось бы видеть на церемонии своих друзей и…
– Будут! Я уже вручил всем приглашения.
– Когда?! – округлив от удивления глаза, воскликнула Клотильда.
– Секрет, – загадочно улыбнулся ее будущий муж и, не удержавшись, снова поцеловал свою девочку.
Год спустя в каком-то далеком мире…
Эрилин перебирала в тонких пальцах нежные лепестки белого цвета, сидя на каменном бортике давно переставшего бить фонтана, спрятанного в глубине тенистого сада, окружавшего здание интерната. Воспитанницы за глаза называли это во всех смыслах закрытое заведение питомником по аналогии с псарней, где растили породистых (и не очень) щенков, которых потом продавали новым владельцам.
Бизнес госпожи Вульф был совершенно законным. И, реши кто-то из девочек предъявить ей претензии, они бы проиграли суд. Выкупая детей у родни и опекунов, владелица интерната четко следила за оформлением документов, передающих ей все права на будущих воспитанниц. После заключения договора она становилась единственной родственницей для приобретенной малышки… ее мачехой, воспитательницей и тюремщицей в одном лице. Госпожа вкладывала в своих девочек силы и средства, чтобы потом вернуть их с лихвой после продажи очередной «куколки».
"Эрилин Каро являлась жемчужиной коллекции госпожи Вульф. В жилах этой хрупкой светловолосой девочки с глазами цвета морской волны текла магия фей, всплески которой в последнее время были настолько редки, что за остроухую воспитанницу с блестящим образованием и природной красотой хозяйка интерната планировала выручить сумму, равную продаже десятка «живых кукол». Мнением товара никто традиционно не интересовался.