Правда, за свой счет…
Так что, может, и ничего странного. И отсутствие информации тоже можно понять. Что писать-то? Строитель? Сварщик?
Черт, она даже не знала, кем он там работает, внизу.
Кем работает не знала, как фамилия, не знала, зато в постель прыгнула после пары слов. Хороша, ничего не скажешь…
Марина убрала визитку в карман, проверила телефон. Помимо последнего номера, который она забила в книжку, высвечивался опять номер бывшего.
Вадик звонил четыре раза. Странная настойчивость.
Сердце тяжело стукнуло в груди, Марина, пытаясь унять нервную дрожь пальцев и не паниковать заранее, набрала номер.
Вадик ответил сразу:
- Ты чего трубку не берешь? - как всегда в последнее время с наезда начал он разговор, - я уж думал, в черный список меня сунула…
- Вадик, что такое? Ты чего звонил? - перебила Марина торопливо, страшась услышать что-то плохое.
- Давай встретимся, Марин, лучше сегодня.
- Вадим, зачем? Мне некогда, и Артема от мамы надо забрать, а то поздно потом будет.
- Марин, ну дело есть серьезное. Позвони маме, пусть у нее переночует.
Марина не стала говорить, что сын совсем недавно уже ночевал у бабушки, и второй раз за неделю - это многовато.
- Давай я его заберу, сходим погуляем все вместе, - предложила она, уже заранее представляя, как обрадуется Артемка отцу.
- Нет, давай в другой раз, завтра, например, - торопливо перебил ее Вадим, - у меня к тебе разговор серьезный, он отвлекать будет.
Марина, которую резануло это “отвлекать” по отношению к сыну, хотела уже сказать что-то грубое и положить трубку, но вдруг подумала, что, возможно, Вадим хочет пообщаться по денежному вопросу. За все время, с тех пор, как ему назначили алименты, он ни разу еще не платил. Хоть и присудили ему минимальную сумму, потому что в тот момент он нигде не работал, но даже эти деньги были бы очень кстати.
Марина ответила согласием, сказала, куда подъезжать, указав время на час раньше , чем закрывается магазин. Она была уверена, что сумеет отпроситься, ведь сама никогда не отказывала коллегам, если надо было задержаться. Мама без проблем, даже с радостью, согласилась взять Артема на ночь к себе, но Марина все равно чувствовала себя неловко.