Ринарион тоже ослаб и вскакивать с кровати точно не собирался – скатился и, обвив рукой талию, подтянул мое безвольное тело ближе.
Состояние слабости длилось очень долго. Прошла вечность, прежде чем я сумела открыть глаза и сделать первый осознанный вдох. Потом, не встретив сопротивления со стороны лежащего рядом Ринара, сесть и попробовать осмыслить произошедшее. И вздрогнуть всем телом, осознав…
– Контрацепция, – выдохнула уже вслух. – Мы про нее забыли.
Ожидаемого «Контра… что?» не прозвучало. Исполненного страдания стона – тоже.
Я непонимающе вытаращилась, но прежде чем успела что-то сказать, его величество распахнул глаза и сел. Он очень ловко спрыгнул с кровати и, совершенно не стесняясь своей наготы, направился в ванную.
Зато я, наоборот, смутилась. В смысле, осознала, что сижу совершенно голая, и пусть не сильно, но все-таки залилась краской. Вот только оглядеться и отыскать сорочку, дабы неприличность исправить, не успела – едва Ринар распахнул дверь ванной, щелкнул пальцами, зажигая свет, и исчез в проеме, меня… да-да, телепортировало!
Опять-таки не знаю как, но в процессе этого переноса я сумела выпрямиться, благодаря чему приземлилась не на попу, а на ноги.
Лишь спустя пару секунд до сознания дошло, что дистанция снова сократилась – это стало поводом для тихого и очень жалобного стона…
Ринар, который тоже лишь сейчас внимание обратил, болезненно поморщился.
Повертев ювелирку в пальцах, величество скосил взгляд на меня и пробормотал:
– Ума не приложу, как я мог забыть. – И уже громче, с мимолетной беззлобной ухмылкой: – Совсем ты мне голову задурила.
Я?..
Хотелось возмутиться, но меня отвлекла одна догадка…
– То есть этот перстень от нежелательных беременностей защищает?
– Это не просто перстень, это королевская печать, – надевая кольцо на безымянный палец, ответил Ринар.
И пусть к расспросам ситуация не располагала, но не поинтересоваться я все-таки не могла…
– А если кто-нибудь снимет? Ну пока ты спишь, например?"
"– Снять печать могу только я сам, – пояснил правитель.