— Тогда рассказывай, что тебе нужно в первую очередь?
— Гигиенические салфетки и медкапсула. Но думаю, придется обойтись обычной аптечкой. Впрочем, теперь торопиться некуда.
— Решать, конечно, тебе, но если есть необходимость в капсуле, ты ее получишь, — снова скривился Артем.
Его бесила эта ее уверенность, что у него тут все делается кувалдой и вручную.
— У меня нога сломана. И несколько ожогов по телу, — помолчав, осторожно призналась девушка.
— Вылечим, — коротко кивнул Артем и, переключив планшет, спросил: — Дока, все слышал?
— Слышал.
— И еще. Дока, пока она будет на курьере, запри все переходы кроме коридора и медсекции. В смысле, чтобы только туда и наружу. Нечего там у нас шариться.
— А вот это правильно, — одобрил искин повеселевшим голосом."
"— Кстати, система жизнеобеспечения с двумя живыми справится? А то у нас с запасами было негусто, — проявил хозяйственность Артем.
— Справится.
— Тебе не кажется, что это не очень правильно будет? — подумав, осторожно поинтересовался парень. — Ей ведь еще жить тут придется.
— Вот и будет жить на своих запасах, — отрезал искин. — Тема. Ее благополучие — для меня пустой звук. В моих директивах прописана защита только одного живого. Тебя. Просто помни это, когда будешь поднимать подобную тему снова.
— Понял, учту, — задумчиво кивнул парень.
— Интересный язык. Я такого и не слышала, — услышал он, едва только переключил канал на связь с разбитым кораблем. — А с кем ты говорил? Это твой напарник или родитель?
— С чего ты решила, что он мой родитель? — удивился парень.
— Языка я не понимаю, но интонации старшего были хорошо заметны. Так говорит обычно тот, кто привык заботиться о ком-то младшем.
— Дока, ты слышал?! — Артем не просто смеялся. Он ржал, словно жеребец, учуявший течную кобылу. До слез и икоты.
— Не вижу ничего смешного, — сварливо отозвался искин. — Да, для тебя я и есть воспитатель. Что поделать, если единственный живой рядом оказался слаборазвитый дикий. Мне тебя еще учить и учить. До замыкания логических цепей.
— Угу, слаборазвитый с уровнем в двести единиц интеллекта.
— Сколько?! — раздалось из планшета, и только тут Артем понял, что случайно, забывшись, перешел с русского на общий язык.