Бродяга

 — В нашей ситуации лучше действовать не силой, а хитростью.

— Хороший совет, — помолчав, кивнул Дока.

— Слушай. Я так и не понял. Мы двигаемся, или так и продолжаем висеть у планетоида?

— Давно уже двигаемся. Просто идем на разгонных. Микропрыжок в тех местах недопустим. Первый тайник устроен рядом со старой выработкой шахтеров. Много пыли и мелкого мусора. Но при выходе из прыжка врезаться в подобную свалку отходов все равно, что влететь в большой астероид. Никакие щиты не помогут.

— Понял. Значит, будем плюхать на разгонных, — отмахнулся Артем, лихо опрокинув очередную порцию коньяка.

 — Все, приятель. Я пошел спать. Не будить, не кантовать, при пожаре выносить первым.

— Прости, я не совсем понял последнее распоряжение, — озадачился Дока.

— Забудь. Это была шутка, — рассмеялся парень и отправился в свою каюту.

Проводив его задумчивым взглядом, голограмма пилота пару раз мелькнула и исчезла. Дока, пользуясь полной свободой в своих действиях, занялся тем, что любил делать больше всего.

Расчетом возможных столкновений с пиратами в секторе, где находился первый тайник бывшего капитана. Искин отлично понимал, что с парнем не все в порядке, но древний, давно уже забытый в обитаемых мирах способ выхода из нервного срыва снова оказался действенным.

Да, искин мог сунуть Тему в медкапсулу и снять нервное напряжение, но в этом случае его не привыкший к подобным разгрузкам мозг мог бы создать так называемую негативную капсулу. То есть участок памяти, где все эти негативные эмоции оказались бы заперты и копились до очередного срыва.

При наличии у живого действующей нейросети искин мог бы незаметно убрать подобные воспоминания, но не в этом случае."

"На минуту включив камеру в спальне парня, Дока убедился, что Артем уже спит, и снова вернулся к анализу прошедшего дня. Этот странный парень вызвал у искина интерес и некое подобие эмоции, которую можно было бы описать словом привязанность. Он был интересен своей волей и умением упрямо идти к своей цели до конца.

Тем, что сами люди называли характером. Дока знал, насколько болезненно живые относятся к некоторым вещам. В том числе к внешности и полноценности. И именно в этом он пытался как следует разобраться.

* * *— Ну, и что это такое? — спросил Артем, с интересом разглядывая странный агрегат.

— Это средний копир.

— Исходя из названия, он должен что-то копировать. Я угадал?

— Да.

— И что он может копировать?

— Все, кроме биологических объектов.