Малышка улыбнулась, сверкнув единственным передним зубиком.
Ехали мы совсем недолго, и, благодаря тому, что не было пробок, я даже не успела понять, как мы добрались до места назначения! С нетерпением открыв дверцу машины, я вытащила малышку из салона и чуть ли не подпрыгивала на месте, пока Максим доставал нашу коляску и расплачивался с таксистом.
– Господи, женщина, успокойся! – рассмеялся Максим, видя мое волнение.
– Там такая очередь! – расстроилась я, подойдя ближе.
– Нам она не страшна! – потащил меня вперед этот сумасшедший, не обращая внимания на недовольство толпы.
– Что ты делаешь?! – зашептала я, цепляясь за его ладонь. Максим целенаправленно шел вперед с Булочкой на руках, пока я краснела от стыда за наше откровенное хамство.
– Успокойся, Даш, мы не нарушаем очередь. За нас уже ее отстояли.
– Как это?! – не поняла я. Разве так можно?
– А вот так! Платишь кому надо, и идешь себе…
– Но так же нечестно! – возмутилась я, подумав о том, что,не будь со мной Максима, мне, как и этим бедным туристам,пришлось бы отстоять тут не один час.
– Честным путем мы бы в ресторан не попали, – хмыкнул муженек. – Я думал, ты хочешь в башню? Откуда вдруг проснулся этот… ммм… блюститель порядка?
– Не смешно, – буркнула я, наблюдая за тем, как он отсчитывает купюры и передает их какому-то пареньку. Сумма там была немаленькая.
А потом я позабыла и о стыде, и о пареньке, и о потраченной на попадание в башню сумме. Потому что от впечатлений кружилась голова! Сначала мы поднялись на лифте на одну из площадок и вместе с группой туристов пошли по железному полу, рассматривая перекрытия башни.
Четыре огромные «ноги» сужались кверху, и создавалось ощущение, что находишься внутри громадного кузнечика! Я посмотрела вниз и увидела на площадке перед башней крохотные фигурки людей. Неужели мы так высоко?
– Высота Эйфелевой башни триста двадцать четыре метра, – как будто нарочно сообщил кто-то рядом, и я ахнула.
– Ты только представь, – благоговейно прошептала я, прижимая к себе малышку. Таечка ничего не понимала, просто с любопытством смотрела по сторонам. Жаль, что она слишком маленькая, чтобы запомнить это путешествие.
– Давай сделаем как можно больше фотографий? На память для Таечки, – пояснила я свое рвение Максиму. – Она же не вспомнит ничего. Зато увидит, что была в Париже.
Максим кивнул, и мы начали фотографировать всё подряд.