Иди ко мне, лапочка, сейчас бабушка тебя покормит, ты такая славная, такая милая…
Напрочь позабыв о нас, мама отправилась на кухню, и, как ни странно, Булочка не капризничала, несмотря на то, что видела бабушку впервые. Снова проявилась вредность моей дочери! Кого угодно принимает, только не меня.
– Так ты ей вообще никогда не скажешь, кто мама Булочки?! – зашептала мне в ухо колючка Даша, а я, продолжая негодовать внутри себя, повернулся к ней.
– Обязательно постоянно злиться? Подыграй мне, мы же договорились! Сделай вид, что ты моя будущая жена и мама Таечки!
– Ты схитрил! – возмутилась воинственная девчонка, сжимая маленькие кулачки и полыхая праведным гневом.
"– Договаривай… – подначил я ее, обнаружив, что дверь в спальню сама по себе закрылась из-за доводчика. Мама занята, мы можем спокойно поговорить.
– Придумай что-то, – шипела мегерка, бегая глазами по комнате.
– Спать на коврике? – откровенно забавлялся я.
– Да хоть на потолке! Максим, я знаю, что многим тебе обязана и не имею право злиться, но это перебор. Мы не можем спать на одной постели.
– Чего ты так боишься? Ты никогда не спала в постели с мужчиной? – решил я выяснить, насколько далеко они с Костиком зашли в отношениях.
Судя по испуганному виду Даши – очень недалеко.
– Только в лагере в палатке, – призналась она.
Новость об ее невинности подбросила дровишек в костер моего желания, и я плотоядно улыбнулся. Сколько же всего нам предстоит. Главное – не спугнуть мою малышку.
– Всё бывает в первый раз, – пытаясь не выдать своих мыслей, отшутился я, хотя всё, чего мне хотелось, это притянуть ее к себе за шею и накрыть капризные губки поцелуем.
Жаль, она меня за подобное пошлет куда подальше и откажется от свадьбы.
– Какой же ты…
– Какой? – не удержавшись, подначил я.
– Вредный, упрямый…
– Максимка, кажется, у нас авария, принеси подгузник, – крикнула мама, прервав поток Дашиных «оскорблений».
– Договорим позже, золотко, – подмигнул я кипящей праведным гневом девушке и вышел из спальни дочери, прихватив всё необходимое, чтобы переодеть ее в чистое.
– Маленькая хулиганка! – притворно зарычал я, кусая Булочку за пяточку. Мы лежали на моей огромной кровати, положив дочку посередине.