Дар чародея

– Ах да, Сергей же так велел, – протянула Надя, понимая, что, возможно, именно он и приказал кухарке подсыпать в чай что-то еще. И успокаивающий чай теперь перед сном для Нади заваривали по его просьбе. От этих мыслей девушке стало окончательно не по себе. Неужели Сергей был таким оборотнем, что выглядел очень мило и безобидно, говорил одно, а делал другое? Но она искренне не понимала, зачем ему это все? Зачем обручаться с ней, а потом пытаться убить? Было бы куда проще еще в первый день знакомства выставить ее вон из дома, и дело с концом.

Но, может, он испытывал некое удовольствие, мучая ее и играя с ней, как кошка с мышкой, делая вид, что нечего не происходит? Или еще зачем-то? Эти дикие мысли окончательно завладели девушкой.

К тому времени, когда в дом должен был вернулся Сергей, Надей уже завладело нервное раздражение. За завтраком она выпила только чаю и теперь находилась в гостиной, ожидая возвращения жениха. Облаченная в строгое синее платье, с глухим воротом и совсем без украшений, она тихо стояла у распахнутого окна гостиной, смотря на качающиеся ветви садовых яблонь.

Живительный аромат сада, свежий воздух и стрекот цикад успокаивали ее, приводя в более умиротворенное состояние."

"Она понимала, что надо что-то решать, ибо дальнейшее обитание в этом доме и вправду становилось опасным. Но до дрожи в коленях не хотела покидать этот дом, даже с его странностями и жутковатыми тайнами. Ведь здесь был Сережа, и от одной мысли о расставании с ним ее сердце болезненно сжималось.

Но внутренний голос настойчиво твердил, что, возможно, он и есть тот, кто желает ей смерти? И именно поэтому она до сих пор не могла выяснить даже малой доли того, что происходило в этом доме. И он, как хозяин, умело мог прятать все следы происходящего. Но все же в глубине своего любящего сердца девушка не верила в то, что Сергей был настолько двуличным. Она чувствовала его душевное тепло, заботу и искреннюю любовь. Потому в эту минуту была на распутье.

Чернышев появился в гостиной, словно вихрь.

Видимо, ему доложили обо всем, ибо он без предисловий бросился к девушке и обнял ее, неистово сжав в сильных руках.

– Наденька! С тобой все хорошо? – вымолвил он взволнованно спустя минуту и чуть отстранил ее от себя. Начал бегло изучающе осматривать ее. – Никита все мне рассказал, какой-то ужас.

– И не говори, – пролепетала она. – Если бы не твой брат, я бы наверняка задохнулась.

– Я так благодарен ему, он молодец.

– Теперь все хорошо.