Уже через минуту, едва осознавая, что происходит, она, так и сидя, и только поджав ноги под себя, отметила, как диван опустился на нижний этаж и оказался в другой зале. Невольно задрав голову, она увидела, как потолок над ней обратно сомкнулся, а ее сиденье все опускалось. Эта нижняя зала тоже была ей знакома: это была гостиная на первом этаже правого крыла.
Сидящую девушку от интерьера отделяла прозрачная стена, через которую Надя все видела. И тут ее осенило. В этом месте гостиной на всю стену располагалось огромное зеркало.
"Диванчик же плавно, но неумолимо опускался все ниже, а пола так и не было видно. Именно в эти мгновения испуг Нади, которая так и цеплялась за подлокотник, поджав ноги под себя, сменился паникой. Ведь в доме более не было этажей, а внизу подвал. Она жаждала слезь с этого подвижного мягкого сооружения, но как это было сделать, когда под ногами так и зияет провал, а с боков окружают стеклянные стены.
Выдохнув, Надя принялась оглядываться по сторонам, отмечая, что стеклянных стен вокруг нет, а позади только камень. Она опустила ноги на пол, стены вокруг тоже были выложены серым отшлифованным булыжником.
Через четверть часа Надя глухо выдохнула, не понимая, что ей делать и что вообще происходит. Единственное, что она понимала, – это то, что подвижный диван-лифт спустил ее на два этажа вниз, в подвал. Пытаясь не поддаться панике, которая вновь начала охватывать ее, девушка огляделась.
Она находилась в начале узкого, плохо освещенного коридора. Впереди по обеим сторонам стен были прикреплены неяркие светильники – шарообразные прозрачные сосуды, свет в которых был явно не от свечей. Это вызвало у девушки недоумение, и она медленно встала на ноги. Кругом царила тишина и никого не было видно. Надя осознавала, что тем путем, каким она спустилась сюда, обратно, видимо, не выбраться.