Вы же, наоборот, умоляли меня доставить вас в Кабул. А вчера и вовсе предлагали большие деньги за устранение сэра Чарльза. А сегодня в резиденцию Д’Олэнторна прибыл отряд британских командос. Странная какая-то у вас получается конкуренция. Но это еще не все. Несколько дней назад на севере страны прошли тяжелые бои между русскими пограничниками и «непримиримыми» Махмуддина. И вот что странно — хитрый, как шакал, коварный, как змея, Махмуддин неожиданно атаковал русскую заставу «в лоб», при свете дня. А пограничники его встретили огнем с заставы, обрушили шквал огня тяжелых снарядов дальнобойной артиллерии.
— И что? — Фишер снова сглотнул спазматический ком.
— Не знаю. Пограничные провинции заняты генералом Дустумом, но что нам известно точно — в этом бою погиб Махмуддин и пропал без вести его «правая рука» Расул Фархад. А теперь в Кабуле объявляется нож Чечетова. Думаете, случайно?
— А вы что думаете? — Фишер уже овладел своими эмоциями и сейчас пытался анализировать полученную информацию."
"— Ну, предположить, что им нужен Нурадин, глупо.
— Что такое? — насторожился американец.
— Я просто подумал, что все эти события начались с вашим приездом в Кабул.
— О чем это вы, полковник? — едва не вскрикнул Фишер.
— В свое время и вы, мистер Фишер, и ваш коллега профессор Д’Олэнторн немало крови попортили Советской Армии, их разведке, КГБ и спецслужбам Афганистана. В бытность мою офицером ХАДа я сам неоднократно подписывал объявления о денежной награде за ваши головы, но тогда вы были неуловимы. А сейчас что яблоки на блюде, протяни руку и бери.
— Но как же? Кто им разрешил? — глупо спросил резидент.
Джеймс Фишер неожиданно вспомнил, что он сам лично вывел русские спецслужбы на след Д’Олэнторна.
«Нет, надо срочно отсюда эвакуироваться, — запаниковал Фишер, — сообщу об отряде английских командос, и все. К черту карьеру, если речь идет о жизни».
Но осуществить свое намерение ему не довелось. На рассвете американскому резидёнту пришло сообщение из Лэнгли.