— Норин, отключи автопилот, — скомандовал майор Уэйдсон, — беру ручное управление на себя.
Второй пилот щелкнул тумблерами, отключая электронику управления, но курс крылатой машины не изменился, Норин удивленно взглянул на командора. Тот спокойно объяснил:
— С таким «грибом», как у нас на крыше, без последствий резко не повернешь. Необходим плавный разворот."
"Говоря это, Уэйдсон не отрывал взгляда от дисплея штурманского компьютера, самолет стремительно приближался к заданной точке. Еще полторы минуты... минута.
Закончив полный разворот, Уэйдсон вывел «Сентри» в заданную точку, на этот раз майор надавил правую кнопку. Неожиданно самолет тряхнуло, он слегка накренился.
— В чем дело, бортинженер? — недовольно вскрикнул командир самолета, хотя точно знал, что направленным взрывом сорвана внешняя дверь в грузовом отсеке.
— Разгерметизация грузового отсека, — мгновенно доложил бортинженер, шоколадный негр с седыми, коротко остриженными волосами.
— Снижаемся для стабилизации давления, — объявил второму пилоту Уэйдсон и тут же добавил: — Радист, сообщение на базу: «Из-за аварии в грузовом отсеке получены повреждения. Не имею возможности для продолжения задания, возвращаюсь на базу».
Когда наконец самолет закончил экстренное снижение и, в последний раз нырнув, снова принял горизонтальное положение, майор Дэнис Уэйдсон повернулся и посмотрел прямо в глаза командора.
— Ну, что я говорил, — зачастил он, — будут у нас неприятности из-за этого чертова ангара. Так и получилось, слава богу, совсем не гробанулись, а то.
Что могло бы произойти в худшем случае, Лейкос не успел договорить, его одернул командор, произнеся ледяным тоном:
— Капитан Лейкос, займите свое место согласно боевому предписанию.
Локаторщик юркнул обратно в салон, но он был недалек от истины. Все случившееся было результатом пребывания самолета в закрытом ангаре. Операция «Шерхан» вступала в оперативную фазу, главную фазу. Летчики свою миссию выполнили...
«Пилигриму».
Операция «Упреждение» отменяется.