— Тут вот какое дело, Иваныч, — проговорил Журавлев. —Ты не сильно занят?
— Сегодня вроде нет. На днях собираюсь съездить в Чучковскую бригаду с ревизией. А так вроде свободен.
— Ну и хорошо, — улыбнулся Журавлев, — снимай свой мундир. Надевай цивильный костюм, машину тоже можешь не брать. Нас пригласили на дискотеку, расслабимся.
— На дискотеку? — недоумевающе переспросил Талащицкий. — Пригласили? Кто?
— Прокопенко, — последовал короткий ответ...
Оторвавшись от шланга топливозаправщика, стратегический бомбардировщик «В-2» «Стеле», поднырнув под огромное брюхо воздушного танкера, устремился на восток.
Черный треугольный силуэт самолета заскользил над гладкой поверхностью воды. В это время года Черное море обычно неспокойное, бурное. Но сегодня погода была как на заказ. Полный штиль и низкая густая облачность обеспечивали самолету-крылу скрытый полет, не прибегая к технологии «невидимки».
— Черт возьми, Вилли, — проговорил второй пилот Виртус, управляющий на этом участке бомбардировщиком, — никак не могу понять, что задумали эти умники из штаба специальных операций.
"— Друг мой, — произнес подполковник Кинли, следя за дисплеем бортового компьютера, контролирующего маршрут самолета, — ты еще только учился летать в Колорадо, а я уже в качестве летчика на «Корсаре» готовился к вторжению в Иран. Это было в 81-м году, когда ЦРУ и Пентагон разработали операцию «Орлиный коготь», целью которой было якобы освобождение посольства, захваченного в Тегеране.
— Для чего же развязывать новую войну? — недоумевал майор.
Он был настоящим боевым летчиком, бомбил Триполи и Панаму, Багдад и Басру.
— Никто не собирается затевать войну. Но после того как Хусейну намяли бока, Иран — единственная сила на Среднем Востоке, обладающая мощной армией (кстати, выстоявшей в войне с Хусейном), авиацией и флотом. Последнее время там ведется обновление вооружений. К чему бы это? И знаешь, что я думаю?
— Что? — спросил Виртус, не отрывая взгляда от приборной доски управления.