Засекала время между схватками и, целиком полагаясь на своё ощущение времени, высчитывала, сколько же проходит от одного спазма, опоясывающего живот и спину, до другого.
Когда в замке повернулся ключ, я метнулась к двери и, застонав от новой вспышки боли, буквально повисла на шее Матвея.
- Идём вниз. В машину. Сколько между схватками? - потребовал он ответа.
- Минут пять… может, меньше, - закусив губу, проговорила я.
Сибиряков чертыхнулся.
- Вызовем скорую прямо сюда. По дороге встретим. Как я сразу не догадался звонить в спецслужбы?
Он вывел меня в коридор, краем глаза я заметила Славу, что лежал в паре метров, силясь подняться.
- Я не могу быстрее-е-е, - простонала, когда меня накрыло «чудесными» ощущениями от очередной схватки.
- И не нужно. Если что - я сам приму роды, - уверенно ответил Матвей.
Я тут же замотала головой. Уж чего-чего, а этого я не желала от слова «совсем».
С трудом, но мы добрались до машины.
Я сидела, слушая, как Сибиряков, перемежая слова ругательствами, пытается донести до врачей скорой, что ему от них нужно, и теперь, чувствуя схватку, уже не испытывала той боли, что раньше.
- Всё в порядке.
Я вскинула брови, когда услышала обращение Матвея.
- Как ты меня назвал? - мгновенно отреагировала, устраиваясь так, чтобы видеть профиль Сибирякова.
Он покосился на меня с недоумением, явственно написанном на красивом мужественном лице.
- Любимая, а что? - спросил озадаченно.
- Нет, ничего, - помотала я головой.
И всё же рассмеялась под ещё более удивлённым взглядом Матвея. Но что бы он ни думал сейчас обо мне, я и впрямь испытывала только одно желание - хохотать от счастья.
Эпилог
Всё всегда должно заканчиваться хэппи-эндом. Если всё закончилось плохо - это ещё не конец.
- Ксения, ещё пару слов, пожалуйста! - обратилась ко мне журналистка, которая не понравилась с самого начала.