Флеш Рояль. Соната для Бетховена

Как хорошо, что этот Новый год будет снежным, а то которую зиму подряд не везло с новогодними праздниками — то слякоть, то пройдет дождь, а потом ударит мороз, то еще какой-нибудь природный коллапс. А что за Новый год без снега? И сейчас он падал именно так, как ей нравилось — медленно и тихо, как в мультфильмах из детства, пахнущего мандаринами и елочными игрушками.

Она хотела уехать встречать Новый год к маме, но выяснилось, что Тимур и вся его команда должны прибыть в столицу при параде и с женами на встречу Нового года, а заодно на негласную коронацию, как между собой они называли предстоящее мероприятие.

И Тимур не разрешил ей сбежать. Он уже месяц практически жил в столице, домой наведывался редко, и всем давно было ясно, что Тамерлан вслед за Горцем вскоре окончательно переберется в столицу, оставив вместо себя Ворона.

Домин всего за пять месяцев сделал то, чего Чайковский не мог добиться последние годы. Он полностью, по выражению того же Ворона, «лег под ментов», а сделать это, не имея хороших связей среди силовиков невозможно, даже если ты прирожденный гений.

Домин не стал налаживать связи на месте, он еще при жизни Бетховена, поймав правильную волну, поспособствовал переводу одного из земляков в столицу, и тот, заняв высокий пост, так лихо заработал в тандеме с Максимом, что все ошалели от напористости залетных провинциалов. Но схема Домина и его высокопоставленного покровителя оказалась настолько прибыльной, что остальным ничего не оставалось, кроме как включиться в игру.

Сам Бетховен умер вскоре после свадьбы дочери, и Максиму понадобилось не больше двух месяцев, чтобы взять в свои руки полный контроль над его бизнесом и людьми. Строительная компания Чайковского теперь получала под застройку лучшие участки и выигрывала самые денежные тендеры. Конечно, без земляка-генерала тут не обошлось, а сосватал генерала Максиму как раз Тимур. Потому что этот генерал был отцом Лены.

Динка подышала на стекло и начала выводить пальцем узоры.

Всего за пять месяцев Максим пробил себе дорогу наверх, и теперь он почти у трона. И уже целых пять месяцев живет в своем маленьком мирке его сын. Динка улыбнулась и посмотрела на свой небольшой выпирающий живот. Она искренне недоумевала, почему возраст человека принято считать с момента появления на свет. На ее взгляд, очень несправедливо были оставлены без внимания месяцы развития младенцев в животе у их мам.