Это был лучший шоколад, который я когда-либо пробовала. Я не знаю почему, может, потому что это был свежий шоколад, я до этого никогда не пробовала шоколад сразу после изготовления, а может, потому что он был сделан здесь в моём имении.
Или потому, что сейчас пока шоколадный кусочек таял у меня на языке, Алексей сидел и, не отрываясь смотрел на мои губы.
После меня кусочки растащили все остальные, мама Веры вообще так причмокивала, что Вера снова покраснела.
А я покраснела, когда Алексей сказал, как бы он хотел назвать шоколад:
— Я решил назвать шоколад … Улыбка золотой принцессы.
И снова посмотрел на мои губы, и я подумала, что, видимо, они были перемазаны шоколадом.
Глава 35
Екатеринбург
Ресторан «Медведъ»
— Милейший, — мужчина, сидевший против света, подозвал официанта.
— Слушаю-с, барин, — с готовностью отозвался тот, демонстрируя кипенно-белую салфетку, висевшую на сгибе руки.
— Ко мне прийти должны. Я обычно во втором кабинете, а он у вас сегодня занят. Проводи сюда, — попросил мужчина и сунул пару монет в руку полового.
Тот склонился в легком поклоне:
— Не извольте волноваться-с, всё сделаю-с в лучшем виде.
И когда половой уже выходил, мужчина снова его окликнул:
— А кто второй кабинет-то занял, если не секрет?
Официант дёрнул головой, будто бы вспоминая. И, с готовностью поймав полтину*, произнёс:
— Князь Дулов обедают.
(*Пятьдесят копеек или полтина — монета достоинством в половину рубля)
Мужчина промолчал, и официант вышел. И так было неплохо, днём-то не очень разживёшься чаевыми.
Вскоре пришёл господин, который попросил отвести его во второй кабинет.
Господин был в цивильной одежде. Но то, как он шёл, и вся выправка указывали на то, что он военный и, скорее всего, кавалерист.
Официант отвёл его, как и обещал, в другой кабинет и поинтересовался про заказ. Вновь прибывший заказ делать отказался и чаевых не дал.
«Ну да ладно, — подумал официант, — военные — они завсегда без денег. Особливо те, кто в карты играют».
Разговор подслушивать не стал, народу было много, а «Медведъ» — заведение солидное, оттого сюда приличные люди и ходят.
А разговор в кабинете под номером пять оказался занятным.
— Вы, любезный, намеренно затягиваете? — проговорил мужчина, сидевший против света, так что лицо его было в тени.
— Шутить изволите, — голос вновь пришедшего дружелюбностью не отличался.
— Через неделю у Нуровых будет приём, там у вас будет ещё один шанс, — проговорил мужчина.