— Лора! Энергию в шестнадцать деталек! — приказал я. — Максимально быстро!
— Поняла!
Как только монстры прыгнули, чтобы разорвать Трофима, мой маленький кровожадный мясник пробил, не без усилий, очень плотную кожу чудищ, и все детальки одновременно сдетонировали.
Шестнадцать маленьких взрывов, четыре трупа. Надеюсь, Валера меня не осудит.
— Найди Марусю! — сказал я Лоре, а сам пошел помогать Трофиму.
Похоже, им удалось оттеснить Кицуню с Угольками, так они и попали сюда.
После того, как я усыпил Трофима, Лора достала Марусю.
— Позаботься о Трофиме, — я передал ей своего помощника, а сам побежал к рыцарям и гвардейцам на помощь.
Большую часть растений Болванчик смог отбить. Я же начал орудовать двумя мечам. Растения отвлеклись на меня, так что их удалось выманить, а потом просто сжечь энергией.
Странно, что ядро у них скрыто глубоко под землей.
Из прохода появились Угольки. За ними ковылял Кицуня. Ухо сломано, как и два хвоста. Лапа перебила. На землю капает кровь изо рта и с живота. Увидев меня, он попытался тявкнуть, но выплюнул кровь.
А когда я подошел ближе, то он вовсе упал.
— Эй, приятель! — я положил его морду к себе на колени. — Все хорошо! Ты справился! Ты молодец!
Болванчик показал, что с внешней стороны стены лежали около шести гигантских цветков, и все они пылали огнем.
— Лора, анализ.
— Ему очень больно. Кости перебиты. Внутренние органы сильно повреждены… С такими ранами…
— Я понял.
Угольки начали расчищать завалы и помогать раненым. По удачному стечению обстоятельств никто не умер, что очень удивительно.
Я сидел и гладил лисенка по голове.
— Эй, слушай… хочешь стать моим питомцем? — прошептал я ему на ухо. — Это не больно. С тобой все будет хорошо. Ты будешь таким же сильным лисом. Я буду брать тебя с собой, не боясь за твою жизнь.
Он попытался поднять мордочку, но сил уже не хватало. Он вынул окровавленный язык и лизнул меня в ладонь, после чего закрыл глаза. Его дыхание стало очень тихим.
— Наверное, это можно считать за согласие, — тихо произнес я.
Лора начала процесс приручения. Главное, успеть до того, как его покинет жизнь. Только бы продержаться.
И все же не зря кицунэ считали одними из самых опасных зверей. Когда процесс закончился, я почувствовал, как во мне открылся новый канал.