— Что происходит⁈ — подскочила ко мне самая лояльная, хотя, возможно, и самая трусливая Старшая. Надо будет за ней понаблюдать.
— С этой снять ошейник. Она больше не маг, поэтому опасности от нее нет. Я говорил про изменения в школе, и начнутся они прямо сейчас. Отныне послушницы не будут убирать казарму и отхожие места, не будет никаких нарядов на кухню и прочего — для этого теперь есть она. Любое наказание для девочек должно выливаться в тренировку — накосячила, дуй бегать, отжимайся, тренируйся с оружием, пока не упадешь без сил.
Кстати, вот тебе бонус, Рыжая. Захочешь сдохнуть сама — препятствовать не буду. Так что вали в хозчасть, получи одежду и постарайся не помереть от холода зимой. А если и сдохнешь — плевать.
— Я категорически против! — влезла Старшая. — Оставлять ее на свободе глупо. Кто знает, что она может сказать послушницам, как настроить друг против друга?
— Хм, логично, — шаг к валяющейся на земле Рыжей, молния в тело — и вот ее голосовые связки разорваны максимально безболезненным способом.
— Боюсь, они пока не могут, — покачала та головой. — Раны оказались слишком глубокими, и чтобы их зарастить, понадобится не менее восьми часов.
— Слабачки, — насмешливо скривил я губы.
— Это рабство!!!"
"— Это страховка. Я тут много интересного узнал, поэтому это не обсуждается. Да и выбора у вас нет — кто откажется, тот враг, а значит, труп. Больше вести разговоры я не намерен. Жду вас всех завтра на плацу в семь утра. А теперь покажи мне комнату, где я буду спать. Думаю, помещение бывшей начальницы как раз подойдет.
Сняв со служанки, что сидела с отрешенным лицом на земле, ошейник, я пошел следом за Старшей. Дальнейшая ее судьба меня не интересовала. Сами разберутся, что с ней делать — все равно я тут буду периодически появляться, так что буду в курсе событий. А подохнет — не жалко.
Посмотрев на комнату — ни разу не хоромы, все максимально по-спартански, — я приказал сменить постельное белье и пошел проведать девчонок.