Завтракать с императорской семьей хань было честью, которой удостаивались только высшие чины и высокородные гости дворца, поэтому наша свита была отправлена дальше, к менее знатным, но тоже благородным гостям, а нас провели в небольшое помещение, уже привычно украшенное золотом и нефритом. За широким и длинным столом уже сидела куча народа, среди которых я увидел Лю и Линь.
Очередное приветствие, знакомство, взаимные поклоны и расшаркивания — и вот мы, наконец, чинно восседаем в ожидании еды, которую принесут сразу, как появится император.
Так что мы пока вели тихие разговоры, предаваясь воспоминаниям. Лю сидел со страдальческой миной на все лицо и маялся головными болями. Как мне шепотом пояснила Ольга, бывшая в курсе ситуации, местным одаренным было категорически запрещено его лечить магией, чтобы он страдал и помнил. Ну да, боль — лучший учитель. Хотя, в отношении его это утверждение сомнительно, потому как бухать он не переставал.
"Сама же Линь кидала на меня многозначительные взгляды, иногда призывно улыбаясь. Судя по всему, наш секретный разговор с императором для нее секретом не являлся, и ханька уже строила в голове планы на долго и счастливо вместе со мной. Ну-ну, блажен, кто верует, легко ему на свете.
Наконец император соизволил притащить свой царственный зад, и мы приступили к еде. Мои девчонки еле управлялись палочками, а вот я ел абсолютно спокойно.
Его положительное настроение не укрылось от окружающих, выводы были сделаны быстро, причина этому найдена, и вот я уже под перекрестными взглядами чуть не забыл, как надо жевать. Но тут же исправился, причём, так быстро, что этого никто не заметил.
После завтрака нас опять развели по комнатам и велели ждать. Девчонки, расположившись в удобных креслах, болтали о всякой ерунде, помня о прослушке.