Я понимала, что этот разговор с королем еще больше укрепит двор в мысли, что между нами что-то есть, но теперь мне было уже всё равно.
Рассказ Этьена заставил меня посмотреть на наши прошлые отношения по-другому, но не переменил моего намерения вернуться в Антарию. Мне нужно было о многом подумать, но сделать это здесь, в Лиме, было сложно. Быть может, потом мы с Андрэ вернемся сюда, но сейчас признаться во всём его величеству я была не готова — слишком привыкла к той маске, которую носила почти семь лет. Слишком боялась снова оказаться в окружении людей, которые улыбаются тебе в лицо, держа при этом камень за пазухой.
Но сомнения по поводу правильности принятого решения у меня всё-таки были. Во-первых, источник признал Андрэ и сам перебрался к нам в дом. И увозя сына из Линарии, не пытаюсь ли я поступить против древней магии, и не отомстит ли она нам за это однажды?
Во-вторых, как выяснилось, я всё еще была женой короля, и что с этим делать, я пока не понимала. Меня тянуло к Этьену — это было трудно отрицать.
Вопросов было больше, чем ответов, и я поняла, что пока не готова принимать решение.
— Летисия, дорогая, как я рада, что встретила вас! — отвлек меня от размышлений голос Делфины де Преваль. — Я проезжала мимо и заметила вашу карету у дворца. Вы тоже пытались повидать его величество? Говорят, он решительно никого не принимает. И, между прочим, совершенно напрасно — так он еще больше усложняет обстановку.
Мы обнялись. И хотя сейчас я предпочла бы просто отправиться домой, я ничем этого не показала. Но и откровенничать с маркизой я была не намерена.
Мы стояли на крыльце, и Делфина вдруг остановила проходившего мимо мужчину, поприветствовавшего нас изысканным поклоном.
— Кажется, вы еще не знакомы, не правда ли? Княгиня Летисия Алонсо. Герцог Ноэль де Жервез, — представила она нас друг другу."
"Министр иностранных дел был действительно еще весьма молод и, что скрывать, красив. И даже тонкий шрам на правом виске ничуть ему не вредил, а напротив, придавал особое очарование.