* * *Капитан Хорунженков лично повел вперед 9 бойцов. Вместе их было 10 — ровно одно отделение, то есть минимальная тактическая единица, которая могла бы действовать самостоятельно. Чтобы вражеский командир смог поверить, будто сумеет с ними справиться.
— Окапывайся! — стоило им оказаться на открытом месте, как капитан сразу же отдал самый главный приказ.
Они заранее присмотрели издалека хорошую позицию, которую нужно было всего немного укрепить, добавив высоты и бойниц. И теперь можно было не бояться случайных пуль.
— Залп! — скомандовал капитан, когда на окраине деревни замелькали вражеские мундиры.
Один из японцев зашатался и упал. Естественно, попали не они, а засевший чуть дальше полковник Макаров… Хорунженков не понимал, как в том проснулся скрытый до этого талант к точной стрельбе, но факт есть факт. Полковник долго выбирал себе винтовку, долго пристреливал и что-то правил, но после этого он больше не мазал.
— Залп! — снова скомандовал капитан, и под прикрытием грохота их орудий полковник снял еще одного японца.
Потом те залегли, надеясь спрятаться от пуль оказавшихся неожиданно меткими русских. Если бы это могло помочь — полковник-то стрелял совсем с другой стороны, и японцы оставались для него как на ладони. Третий, четвертый выстрел, и вражеский офицер сломался. Скомандовал выдвижение вперед двумя группами, чтобы взять противника в клещи[3], вот только стоило солдатам отдалиться от деревни, как в них влетели казаки Врангеля."
"Левый отряд порубали, даже не замедлившись, а вот правый только окружили, взяв на мушку каждый своего противника.
Полковник, впрочем, подбежал, проверил каждого — ничего.
Уже без сопротивления они зашли в деревню. По своим фанзам жались такие же бедные крестьяне, как и те, которых мы видели в Китае. Было видно, что им не особо нравились японцы, но и от нас ничего хорошего они не ждали.
— И такое охраняли одним взводом? — полковник сразу подумал о главном.