Это мне интересно. Устраивает и график. Три дня в неделю.
— Олег, зайдите на кафедру, как освободитесь.
Договор заканчивается через две недели. Университет хочет продлить. Еще пару дней назад планировал согласиться. Сейчас — нет. Всё изменилось.
— У меня тоже не в фокусе… — игриво улыбается мне новенькая лаборантка.
Подхожу к ее системе. Час назад всё было нормально. Справа от клавиатуры, прямо под окулярами микроскопа, кружка горячего чая. Пар осел на линзах. Покрытие убито. Вдыхаю поглубже. Не люблю новеньких.
— Изучите, когда появится время для работы.
Смотрит так шокированно, словно я дал этой методичкой ей по лицу.
— Суров… — смеется Эрнесто, разглядывая новенькую, крутящую в руках методичку.
— Из жалости я должен быть суровым! — вздыхаю я безнадежно.
Открытая парящая кружка осталась на своем месте. Черт с ней.
— Пообедаем? — зовет Эрнесто.
Полдень.
Киваю. Мы иногда общаемся. Год назад Эрнесто потерял жену. Он пережил свою трагедию легче, чем я свою. Снимаю халат, вешаю в шкаф. Новенькая обиженно поглядывает на меня.
— Как Вас зовут?
— Амина.
— Амина. Это очень дорогая сложная техника. Методичку штудировать. Чай пить там. Маникюр, макияж, прическа- не ближе десяти метров от микроскопов. Волосы убрать. Пыль протирать каждый час. Вернусь — поменяю линзы. Всё понятно?
— Да, — почти плачет.
Женщины…
В Новосибирске полночь. Минус восемь. Дожди.
Дорога домой сегодня особенно живописная.
Хочется запечатлеть это, чтобы поделиться с ней.
Полночь.
Ты ждешь меня, моя девочка?
Ты ждешь меня…
Злишься. Тебе страшно. Я все чувствую. Но ты ждешь.
Практически с порога кислорода становится мало. Ставлю на плиту турку. Сигарета… Глубокий вдох… Немного отпускает. Вообще-то, я не курю в доме. Открываю окна. Забираю ноутбук на кухню.
В сети?
В сети…
Бросаю взгляд на часы.
В настроении — Пикник.
Включаю у себя.
Ты скучаешь по мне?
Ты скучаешь по мне.
Затягиваюсь поглубже. Мои губы улыбаются, выпуская дым.
От адреналина трясет. Остро.
А теперь — аккуратно по этому лезвию босиком…
Олег: «Открыта дверь тебе, я жду,
В одну из пепельных ночей,
И твои руки обовьет
Змея железных обручей.
Один лишь шаг до высоты,
Ничуть не дальше до греха,
Не потому ли в этот миг
Ты настороженно тиха..