— Человек, я не с-с-собираюсь тебя ос-ставлять в одиночку! — упрямо заявил он."
"— Я сейчас расплачусь от умиления, — иронично хмыкнул я.
— Нет! Я не то имел в виду! — он тут же смутился и замотал головой. — Наш-ш договор делает нас-с с-созависимыми! Пострадаешь ты, пос-страдаю и я!
— Не настолько созависимыми, старина, — хмыкнул я, трепля его по белой гриве. — Но в этой пещере тебе нечего делать. Тварь внутри привыкла сражаться с несколькими противниками в узком проходе. А ты там, со всем уважением, будешь лишним.
Он фыркнул снежинками. И пробурчал согласие.
А я спустился в логово зверя.
Неглубокое. Узкое. Самое то, чтобы быстро выбегать, когда почуешь поблизости жертву, и так же быстро затаскивать её в свою пещеру.
Я чуть освещал проход кубом. Всё же, мантикора пусть и хорошо видела во тьме, но хотя бы с минимальным освещением лучше.
Уже.
Впереди послышалось копошение. В нескольких метрах от меня сверкнули глаза. Два… три… пять. Всего пять. Кажется, одна из голов получила серьёзный удар во время охоты или других приключений.
Рычание.
Ступая тяжёлыми лапами, на меня вышел хозяин пещеры. Скаля огромные жёлтые зубы.
Староват уже.
Цербер. Трёхголовый демонический пёс, непонятно как заброшенный в этот кристаллический мир, где не было ни единого следа других демонов.
Опасная тварь. Особенно, когда загнана в угол.
Одна из его голов действительно была знатно покоцана. У неё не хватало глаза и части зубов, а вдоль морды проходил длинный шрам.
Цербер рванул на меня, ускоряясь в темноте.
Теневой подвид.
«Скачок» вперёд!
Получилась рокировка.
Я услышал позади себя клацанье сомкнувшихся в воздухе зубов.
Он бы снёс меня массой и порвал шею. Церберы всегда так делают.
Зря я не взял с собой кол. Но тут будет достаточно одного крепкого удара.
Церебр слился с тенью и оказался мордой ко мне. У теневого подвида церберов была очень противная особенность — в тени они могли как угодно развернуться за долю секунды.
А мы с ним и так двигались почти с одинаковой скоростью.
Я приготовил световой куб. Нужно будет успеть ударить по нему хотя бы шесть раз, чтобы он засветился поярче.
Церебр прислонился к земле. С каждой из его пастей капала слюна.