Мрачные лица моих спутников только нагнетали атмосферу.
В центре зала, на высоком кресле, служащим как трон, сидел и князь Евгений.
Гниющая плоть на его лице занимала ещё больше места, чем во время записи. А запах, который от него исходил, чуть не вызвал у меня приступ тошноты. Сильное чутьё порой доставляет неприятности.
И тут вперёд вырвался Белокрылов, подходя к князю Евгению. Он заявил ему прямо в лицо:
— Вы нарушили священную традицию о неприкосновенности родовой тайны, князь-наместник! А всё потому, что не способны справиться с горсткой преступников менее радикальными способами! Вместо этого вы идёте на любую подлость, лишь бы сохранить свою власть, которая уже выскальзывает из-под Ваших рук!
Князь Евгений посмотрел на него из-под полуприкрытых век.
— Вы так громко говорите, князь Белокрылов. Неужели так хочется на моё место? — он хмыкнул и указал на своё лицо. — Вот что со мной стало, когда я хотел собрать самых верных, по моему мнению, людей в одном месте! Граф Молчанов предал меня и теперь весь его род будет уничтожен, до последнего! — он в ярости ударил по подлокотнику.
Я вышел вперёд. На мне собрались взгляды всех присутствующих. В толпе я нашёл и Святослава, мрачного как туча. Рядом, примерно такой же, сидел Ратибор.
— Я недооценил тебя, Северский, — произнёс князь Евгений. — Я подозревал, что ты один из предателей. Что ты — козырь в колоде моих врагов. Но менталист подтвердил обратное. ТВОЙ ПОДВИГ подтвердил обратное… — он откинулся на спинку кресла, переводя дыхание.
Мне совсем не нравилось то, как он выглядел и говорил. Словно он под дурманом.
Почему целители не исправят его гниющее лицо? Ещё чуть-чуть и он начнёт бредить. Жаль, технику, с помощью которой эту порчу навели, я не узнавал.
В зал вошли четверо крепких слуг. Пыхтя. Тужась. Они едва несли на своих руках прямоугольный ящик, напоминавший… гроб.
Они с трудом донесли его до меня и поставили у моих ног.
— Что это такое? — хмуро спросил я.
— То, ради чего многие маги готовы отдать обе руки и один глаз! — криво, с натугой, ухмыльнулся князь Евгений. — Можешь посмотреть на свою награду прямо здесь! В присутствии всей знати Сибири!
Пахло…
Ничем.
Абсолютно.
Я присел и положил руку на ящик. Внутри была мана. Медленно она клубилась там, словно стекающий густой сироп.