- Что он где-то там в реанимации под сотнями трубок, - я хватаюсь за малейшую вероятность, что это может быть так. Его спасли, сейчас медицина на таком уровне, что всё возможно.
- Это будет ложью.
Киваю, как болванчик, потому что ложь ничего не изменит.
- Шесть месяцев, - говорю неизвестно кому, будто Арс не знал точного срока. Моя боль внутри. Заперта, бьётся в рёбра, пытаясь выбраться наружу, но лишь слёзы тому показатель.
Боль бывает: приступообразной, пульсирующей, тупой, колющей, режущей, давящей, дёргающей, сверлящей, жгучей, фантомной.
Хочу остаться одна, а лучше и вовсе умереть. Идиотская мысль поселяется в голове, потому что утрата сводит с ума.
- Его посадят? - стираю слёзы, становясь собой. Мне нужны факты. Я хочу, чтобы этот урод получил по полной! Если нет, готова убить собственными руками. Так мне кажется.
- Машина уехала, её ищут.
Перехватывает дыхание. Не ослышалась? Кто-то мечтает избежать заслуженной кары?
Я всегда жила по букве закона.
- Как могла уехать машина? - задаю идиотский вопрос.
- По дороге, Мия. У неё есть колёса.
Его шутки совершенно неуместны здесь. Я сгораю от своей боли, и мне кажется, что каждый причастный обязан понести наказание.
- Как могли его не задержать? - не понимаю, но отчего-то уверена, что этот какой-то ненормальный мужик, который летел куда-то сломя голову.
- Я же говорю, ищем.
- Почти в центре города меня сбил авто, и вот так просто уехал? - это уже шок. Я повторяю раз за разом одно и тоже, не в состоянии осознать, что так оно и есть. Снова текут слёзы, потому что я вспомнила, что произошло. Пытаюсь подтянуться на кровати, чтобы сесть, и шиплю из-за резкой боли в ноге. Откидываю больничное бельё, не узнавая собственную ногу в странных железках.
- Она сломана, - Арс откинулся на стуле, сложив на груди руки. Как обычно с иголочки, под халатом дорогой тёмно-синий костюм, которых у него кажется, штук восемь. И откуда только такая любовь к цвету?
Деловой стиль - его основа. Он привык к рубашкам и брюкам, как и я к своему костюму и строгим платьям.