Даррек подозрительно молчалив. Он внимательно всматривается в мое лицо.
– Ты плакала? – наконец, спрашивает он.
Я даже немного удивлена, что он замечает это.
– Тебе то что. Тем более, я плакала из-за тебя, – я опускаю глаза, ожидая, что сейчас Даррек снова взорвется.
– Почему? – внезапно спокойно спрашивает он."
"Я вскидываю голову, с изумлением всматриваясь в его лицо. Даррек не притворяется – он в самом деле не понимает с чего вдруг я плакала. Ему до сих пор невдомек, что своим поведением от заставляет меня страдать.
Только сейчас до меня доходит вся бессмысленность моей идеи поговорить с Дарреком о своих чувствах и все ему объяснить. Зачем? Если он этого просто не поймет. Говорить с ним – все равно, что пытаться обезьяну научить человеческому языку. Это просто невозможно.
У меня уже нет сил злиться на него, я чувствую внутри лишь ледяное равнодушие.
Но в глазах, тем не менее, опять все расплывается.
Даррек не отводит от меня внимательного взгляда.
– Ты все равно не поймешь, – снова опускаю голову.
– Это из-за других женщин?
– Не только, – тяжело мотаю головой, – Самая главная проблема в том, что ты даже не хочешь понять меня. Ты не хочешь меня слушать. Зачем вообще ты пришел сюда?
Даррек отвечает не сразу. Такое ощущение, будто он думает стоит ли ему отвечать на этот вопрос.
– Потому что меня преследует твой образ.
В очередной раз я чувствую изумление. Поднимаю голову и ошарашенно смотрю на него.
– Что? Какой еще образ…
– Впервые, я увидел его, когда ты сбежала. Это было проявление связи между истинными. Только, когда ты сняла метку, этот образ не пропал. Он стал менее ярким, но не исчез. И теперь, он преследует меня, куда бы я ни шел. Я не могу думать ни о ком, кроме тебя.
“Так тебе и надо…” мелькает у меня в голове мысль, но озвучить ее вслух я не решаюсь.
Тем не менее, его слова звучат странно. Они не ранят, наоборот, от них веет теплом.
Но эта внезапная эйфория длится считанные секунды. Потому что после этого, Даррек продолжает:
– Меня это жутко раздражает, так что это должно прекратиться. Я здесь, чтобы сказать тебе, что у тебя есть всего неделя, пока идут соревнования. Потом, когда я стану победителем, я заберу тебя с собой и мы вернемся обратно.