Но в ту же секунду я спохватилась: – Нет…
Однако Леся не дала мне договорить.
– Пришли материал об Ольге собирать, – злобно выпалила она, – про сестричку сейчас много пишут, а какие заголовки! «Победившая старость», «Возраст отступает», «Вечная молодость». Только это все ложь. Хотите правду расскажу?
Я окинула взглядом расплывшуюся фигуру Леси, отметила сетку морщин вокруг ее глаз, вертикальные борозды между бровями, горизонтальные на лбу.
Все понятно. Леся отчаянно завидует Ольге, сумевшей не только реализоваться в выбранной профессии, но и сохранить изумительный внешний вид.
– Денег у меня нет, – быстро сказала я, – заплатить вам за информацию нечем.
– Не надо, – отмахнулась Леся, – вы только правду напишите. «Красотин» – обман.
– «Красотин»?
– Ну да, так эти уколы называются, которые наша шарлатанка людям делает. Они не помогают, идите сюда.
Леся вцепилась потной, липкой лапкой в мое плечо и потащила за собой.
– Ну полная лабуда! А какие деньги Олька получает! Вы должны открыть правду людям.
– Зачем? – пожала я плечами.
– Как? – возмутилась Леся. – Пусть народ знает: Капова шарлатанка, нечего к ней ходить.
– Вы работаете? – перебила я бабу.
– Сейчас нет, болею, пенсию получаю.
– Большую?
– Несколько сотен.
– А вот туфли у вас хорошие, – вздохнула я, – сразу видно – дорогие. Где купили?
– К чему тут болтовня об обуви, – удивилась Леся, – не знаю, их мне Ольга принесла.
– Если клиенты Каповой перестанут ее посещать, вам не доведется щеголять в элегантной обуви. Денег в семье не станет, вас не пугает нищета? На мой взгляд, вам следует вести себя по-другому, всячески нахваливать «Красотин», чтобы не лишиться материального благополучия.
– Не могу видеть, как обманывают людей!
– Ольга, наверное, и себе уколы делает?
– Конечно.
– Она шикарно выглядит, просто юная девушка.
– Да, – заорала Леся, – именно так, я около нее – потрепанная кошелка! И ведь сколько раз просила, ну кольни и меня, так нет!
Я подавила вздох. Вот в чем дело. Желание Леси вывести сестричку на чистую воду теперь понятно.
– Только сейчас я ни за что ни на какие инъекции не соглашусь, – Леся летела верхом на метле злобы, – потому как это наркотик.