Настя, ее тетка и двоюродная сестрица живописной и вполне миролюбивой группкой устремились куда-то внутрь дома, где мелькала неутомимая Муся и откуда сразу послышался звон посуды, шум льющейся воды и, кажется, даже смех, а Сергей, хлопая себя по карманам, очевидно, в поисках каких-то ключей, пошел вдоль дома и пропал из виду.
Финский залив свинцовой лужей блестел между деревьями, прямо перед глазами. Кирилл залпом допил остывший кофе, очень крепкий и очень горький.
Гадость какая.
Кто из них мог убить? И мог ли вообще?
* * *
Под вечер прибыла еще одна небольшая толпа родственников.
Настины родители были странной парой. Он – добродушный разговорчивый толстячок, в меру лысый, в меру румяный, в меру приветливый и всегда готовый к услугам. Его жена оказалась сдержанной дамой с прической, явно сделанной в парикмахерской, и в шелковом костюме, который никак не вязался с жаркой воскресной вольницей.
Улыбнулась она, только когда увидела Настю.
– Мам, почему вы так долго?
– Отец поехал по каким-то гаражным делам и опоздал.
– У нас все нормально. Мама, это… Кирилл.
– Добрый день, – сказала Настина мать совершенно равнодушно и посмотрела на него Настиными глазами.
– Добрый день, – ответил он неловко. Как будто и в самом деле был претендентом на руку и сердце, привезенным для знакомства с семьей.
– Дима, в багажнике сумки. Молоко отдельно, не забудь про него.
– Я все достал, тетя Юля! – прокричал из-за кустов Сергей. Он ожесточенно размахивал картонкой над едва тлеющими углями.
– Нужно убрать, – сама себе сказала Настина мать, – и молоко достал?
– Да, по-моему…
– Дим, посмотри, где молоко?
– Какое молоко?
– Ах, господи.
– Мам, молоко на крыльце. Пошли, отнесем все! Тут Настя с матерью неожиданно поцеловались и пошли к дому."
"– Юля, это неприлично, – сразу же заговорила на террасе невидимая Нина Павловна, – мы вас с утра ждем. Что такое-то? Это вечная история, как какие-то дела, так вас никогда нет!
– Добрый вечер, Нина.
– Добрый вечер. Я целый день пытаюсь вам дозвониться.
– Дима был в гараже, а я сегодня ездила на работу. У нас цейтнот.
– Да боже мой, какой еще цейтнот в аптеке! Ты видела этого? Которого привезла твоя дочь? Мы все в ужасе.
– Я все слышу, – предупредил Кирилл с лужайки. Выглянула Настя, у нее было расстроенное лицо.
– Не обращай внимания, – сказал он, тоже чтобы все слышали, – так принято.