Кто сказал, что магия не помогает? А распустить доски как циркуляркой? А равномерно окрасить борта и парусиновые чехлы? Можно, конечно, и без магии, но не нашими усилиями.
— Ну вот, — сказал довольно брат, и прищурился. — То, к чему и стремились.
— Как-то так, — согласился я, критически осмотрев нашу работу.
Наше средство передвижения в закатном солнце смотрелось внушительно. Крепкий основательный фургон, сделанный полностью по сенарской моде, не выделявшийся ничем, кроме «радикального синего цвета», как сказал бы Остап Бендер.
— Все, спать, — скомандовал брат. — Завтра нам в путь, не хочу зевать по дороге.
— Кто тебя за руль пустит? — насмешливо спросил я.
— Посмотрим.
Вот только была одна проблема — в фургоне, набитом всяким магическим добром, спать было негде.
Я проснулся от того, что солнце, взошедшее нал горизонтом настырно слепило меня в щель между спицами колеса. Я отвернулся, чтобы не окончательно проснуться, повернул голову... А где, собственно, брат, который своим храпом не давал мне уснуть всю ночь? Я выкатился из-под фургона, хватаясь за рукоятку Лория.
— И что ты так вскочил? — приветствовал меня Арий, сидевший на пороге открытой двери и листавший какую-то книжку.
— Да просто проснулся, а тебя нет.
— Сижу вот, читаю трофейные инкунабулы, — он захлопнул книжку и отложил ее в сторону.
— Лучше бы завтрак сварганил, жрать хочется, — я почесал недовольно ворчащее от голода пузо.
— Все бы вам с собакиным жрать. Скоро превратишься в такой же желудок на ножках, как и он.
— Поклеп! — сказал я.— Неправда!
— Правда, — вздохнул он, и полез за посудой в кузов. — Ладно. Сам яичницу на файрболе пожаришь, или тебе помочь?
— Яичницу на файрболе не жарят, ее жарят на...
— Ну почему ты такой душнила, а? — брат запустил в меня жестяной сковородкой. — Готовь давай, а не языком мели. Не теряй времени.
Буркнув что-то вроде «как ты меня достал» со сковородкой наперевес я полез за продуктами.
Само путешествие в Сенар не запомнилось ничем.