Прошло уже два года, и все ждут праздника.
Это будет очень интересно.
Принц сел на стул и с нежностью смотрел на жену. Прекрасная женщина. А какие прекрасные дети! Скоро у Каролины родится еще. Он, принц, хорошо потрудился.
К постели подошла Генриетта. Она взяла на руки малышку Каролину и вместе с двумя старшими девочками направилась к двери.
Принц проводил их взглядом. Его жена, дети, любовницы… вместе… вместе и счастливы. Отец уехал. Все мужчины И женщины ищут его расположения.
Еще никогда в жизни принц не был так доволен.
* * *Это были волшебные дни. И не только для принца и принцессы и для тех, кто стекался к Гемптонскому двору, но и дли простых крестьян в соседних деревнях. Георг I хотел закрыть для народа Сент-Джеймсский парк, и ему сказали, что если он это сделает, то рискует тремя коронами. В противоположность отцу, Георг Август приходил в восторг, увидев на земле Гемптона отцовских подданных, к какому бы низкому сословию они ни принадлежали. Во время прогулок он и Каролина часто останавливались, чтобы перекинуться словом с деревенским жителем или его женой, и уходили, оставив тех с разинутыми ртами и навсегда завоевав их признательность.
Принц и принцесса Уэльские очень быстро создали собственный круг приближенных и в то же время завоевали одобрение подданных короля.
Но был один человек, которому это совсем не нравилось.
Граф Ганс Каспар фон Ботмер ни на шаг не отходил от принца Уэльского и озабоченно наблюдал за происходившим. А король наслаждался визитом в Ганновер. До графа доходили слухи, что возвращение курфюрста вызвало большую радость.