Если бы один из стражников вовремя не заметил его, юноша застрелил бы короля. А так пуля просто отщипнула верхушку стула.
Молодого человека поймали и потащили на допрос, а король направился в театр.
* * *Восемнадцатилетнего юношу звали Джеймсом Шефердом. Когда его везли на телеге в Тибурн, на знаменитую площадь казней, он кричал по дороге толпе:
– Есть только один истинный король Англии. Это Яков Третий. Долой немца!
– Долой немца! – кое-где подхватывала толпа.
– Он такой молодой, – говорили другие. – Король должен проявить к нему милосердие.
Якобиты подавленно наблюдали за происходившим и утверждали, что король – чудовище. Его собственная жена, королева Англии, томится в тюрьме. Он поссорился с единственным сыном. У снохи отнял детей. У них на троне сидит не король, а сущий монстр.
Некоторые вспоминали, как принцесса Уэльская просила за юношу. Он еще такой молодой, говорила она, он просто заблудшая душа. Пусть он получит легкое наказание, которое предостережет его на будущее.
Но король пренебрег мольбами принцессы Уэльской, Джеймса Шеферда привезли в Тибурн и надели на шею веревку.
Даже твердолобые ганноверцы, глядя, как юноша дергается на виселице, говорили:
– Он такой молодой! Ему рано умирать».
* * *Король знал, что все настроены против него. Нечасто случалось, чтобы его беспокоило общественное мнение. Он обычно заявлял, что если англичанам не по душе его правление, он охотно вернется в Ганновер.
Но в этот раз он рассердился. Даже на таком происшествии, как покушение на его жизнь, за которое преступник непременно должен понести наказание, принцесса ухитрилась заработать себе популярность!
Теперь люди говорили, что она добрая.
И народ восхищался ею.
Когда Георгу попался на глаза Генри Говард, муж любовницы принца и один из его придворных камердинеров, король был не в духе. Он вызвал Говарда к себе.
– Разве не существует правила, что если мужья служат у меня, то жены должны оставить службу у принца и принцессы Уэльских?
– Да, Ваше Величество, существует.
– А как же ваша жена?
– Она отказалась, Ваше Величество.
Король давно знал об этом и раньше не настаивал, потому что думал таким способом насолить Каролине, а принца, вопреки правилам удерживавшего любовницу, опорочить в глазах народа.
Но Каролину любовная связь принца вроде бы не волновала, она следила лишь за тем, чтобы соблюдались приличия.