– Ты будешь его ненавидеть, Каролина, потому что я ненавижу его.
– Но разве нам обязательно вместе ненавидеть одного и того же человека? – улыбнулась она.
– Те, кто любят меня, должны ненавидеть отца. Фраза прозвучала почти как приказ.
Когда она посмотрела на покрасневшее лицо и увидела злобно сощуренные глаза, в сознании зазвучали первые сигналы тревоги.
* * *Георг Людвиг решил, что она будет получать девятьсот пятьдесят фунтов в год, и сам в присутствии Георга Августа сообщил им об этом.
Сумма не показалась Каролине достаточной для принцессы, и она несколько растерялась.
"– Этого хватит, – буркнул Георг Людвиг. – Я буду оплачивать ваших слуг, и они будут ответственны передо мной.
– Перед вами? – вырвалось у Каролины, прежде чем она успела подумать. Георг Людвиг нахмурился, и она поспешила исправить ошибку: – Это было бы для вас ненужной обузой, Ваше Высочество.
– Они будут ответственны передо мной, – повторил Георг Людвиг и обратился к сыну: – Ты должен обеспечивать жену экипажем и лошадьми.
Каролина в смятении глубоко вздохнула, Георг Людвиг окинул ее презрительным взглядом. Женщины ничего не понимают в финансовых делах. Она, верно, думает, что неприлично говорить о смерти мужа. Но она будет благодарна ему, Георгу Людвигу, за предусмотрительность, если Георг Август умрет и оставит ее нищей.
Сообщив то, что он считал нужным, курфюрст отпустил их.
У себя в апартаментах Георг Август дал волю гневу.
– Девятьсот пятьдесят в год! – презрительно фыркнул он. – Видишь, какой он щедрый? Постепенно ты начнешь понимать, что за человек отец.
– Он оплачивает моих слуг, – напомнила Каролина.
– Ты ищешь ему оправданий!
– Но это правда. А они ответственны перед ним.
– Ага! Значит, ты понимаешь! Если ты скажешь в их присутствии о нем хоть слово, ему тут же будет доложено.
– Да, мне придется быть осторожной и ничего не говорить.
– Что бы ты ни делала, все равно ему не угодишь.
– Как бы я хотела, чтобы вы с ним стали друзьями!
– Если бы это было возможно!
– Почему же невозможно?
– Подожди, скоро ты его узнаешь, Каролина. – Георг Август горько засмеялся.
Каролина начала понимать, что живет в доме, разделенном на две враждующие половины. А ей так хотелось произвести на курфюрста хорошее впечатление. Она всегда жалела, что София Шарлотта не интересовалась политикой, которую проводил муж.