Не кончилась…»
Над большим домом возле церкви трепетал на ветру красный флаг со звездой, а у ворот, возле пулемета, установленного на перевернутой кадке, слонялся часовой. Ленька ввел доктора во двор и толкнул штыком двери.
— Заходи, да шибко не ерепенься перед батей. Не любит он.
Доктор вошел в избу и встал у порога. За столом под кумачовой скатертью сидел человек неопределенных лет в военном кителе и буденовке с голубой звездой."
"— Вот,бать, привел, — доложил Ленька. — На заставе поймали.
— Ну-ка, Лень, почеши спину? — попросил военный.
Ленька подтянул длинноватые рукава шинели, обнажив грязные с синими ободками ногтей руки и стал свирепо чесать спину сквозь китель. Военный блаженно закряхтел, прикрыв глаза, и, наконец, попросил пощады. Прислушался, не зудится ли где еще, и успокоенно расслабился.
— Давай, лети назад! — приказал он. — Не болтайся по деревне.
Ленька вынул из шкапчика ломоть хлеба, посолил его из хрустальной солонки и вышел. И через мгновение доктор услышал шумное всхлопывание на крыльце, словно поднималась в воздух большая и тяжелая птица.
— Не понимаю, — обреченно проронил он и замолк.
— Посол, что ли? — спросил военный, разглядывая доктора. — Отвечай быстро!
— Нет… я доктор, врач…
— Продотрядовец?
— Я же сказал — врач, лекарь…
— Колчаковец? Белый?!
Доктор растерялся, разжал ладони и выронил саквояж.
— Я доктор, поверьте мне…
— А за каким хреном поперся через границу? Не видал, что ли?! — вдруг разгневался военный. — Собери свои шмотки!
— У меня руки связаны, — сказал доктор.
Военный стал развязывать руки, а доктор, пользуясь возможностью, пояснил:
— Родственников ищу… Моя фамилия — Березин…
— Березин?! — военный отшатнулся, заглянул в лицо и, так и не развязав рук, уселся на высокий мягкий стул с засаленной бархатной обшивкой.
— Михаил, — признался доктор и осекся.
Военного подбросило, лицо вытянулось. Затем широкий лоб его взбугрился и наполз на глаза.
— Да я!.. Сам! — он потыкал пальцами себе в глаза. — Видал! Как его Анисим Рыжов! Самолично!.. — он потряс головой.