Как думаешь, Жюли, не позвать ли нам домашних полюбоваться на невиданное зрелище? Конечно, Зайка начнет ругаться, но ведь днем Лягушкас похож на обычный теннисный мячик, только экстремального, красного цвета. Единственно, что мне не нравится в потрясающем цветке, это его резкий запах. Ой, а к Лягушкасу просто толпой летят всякие бабочки и ночные насекомые! Наверное, у него сладкая пыльца. Эй, Жюли, не смей грызть цветок! Фу, отойди, фу!
Йоркшириха, абсолютно не обращая внимания на гневное замечание хозяйки, попыталась оттяпать кусок от одного из лепестков, а потом, коротко взвизгнув, влезла внутрь роскошного цветка.
– Жюли! – с возмущением заорала я, забыв о необходимости соблюдать тишину. – Вот придумала! Ты сломаешь Лягушкас! Мало того что растение дорогое, так оно еще и невероятно красиво!
Пованивает, правда, но это детали. Вылезай немедленно!
Не успел отзвенеть мой гневный крик, как одно из окон второго этажа с треском распахнулось и высунулась растрепанная Зайка.
– Смею напомнить, – зашипела она, – что кое-кому завтра вставать в шесть утра. Полнейшее безобразие! Отчего вопишь? На дом напали пираты? Или в сад влезли шанхайские барсы? И чем тут пахнет? Ты куришь сигары? Ну ваше!"
"– Это Лягушкас приванивает, – замела я хвостом, – никаких изделий из табака даже в руках не держу, честное слово!
Зайка прищурилась:
– Жабы с запахом? Первый раз о подобном слышу!
– Лягушкас не земноводное, он цветок, – охотно пустилась я в объяснения, – растение так называется.
– Да? – с легким сомнением протянула Ольга.
– Ага, – закивала я, – спустись и посмотри.
– Давно сплю, – зевнула Зайка.
– Как хочешь, но Лягушкас хорош лишь по ночам.
– Ладно, – после недолгого колебания согласилась Ольга, – уже ползу.
Выйдя на крыльцо, Зайка спросила:
– И где твой жабешник?
– Лагушкас, – засмеялась я, – вон там, левее. Кстати, даже Жюли оценила прелесть экзота, представляешь, она залезла…
Ольга, никак не отреагировав на чужие речи, пошлепала по ступенькам, дошла до нужного места и с явным недовольством спросила:
– Этот, что ли?
– Да, – поспешила я к Зайке, – он! Правда, хорош?
– Ничего особенного, – равнодушно ответила Ольга, – просто листья и какой-то мешок.
– Цветок! Гигантский колокольчик!
– Ни фига подобного. Тут нечто, смахивающее на неаккуратный ком.
Я подскочила к кадке и замерла в растерянности.