Но потом, навесив на лицо самое серьезное выражение, ответила:
– Егоров, вы не были ни на одном занятии, о каком зачете может идти речь?
– Ну Дарь Иванна, – стонал нахал, – че вам, жалко? Охота со мной возиться?
Я попыталась сохранить остатки преподавательской принципиальности и ничего не ответила. На самом деле Егоров был прав, никакого смысла в его приходе на зачет нет, точно получит «неуд», опять вернется ко мне и снова не сумеет ответить на вопросы. В результате накажу сама себя, придется таскаться в институт ради одного балбеса Костика.
– Дарь Иванна, – плаксиво тянул не подозревающий ничего о моих мыслях оболтус, – ну Дарь Иванна, миленькая…
Я глубоко вздохнула и собралась сказать: «Давай сюда зачетку». Но Костик, очевидно, принял мой вздох за отказ, потому что заломил руки и с утроенным рвением воскликнул:
– Да я… Вот что хотите, все сделаю!
– Так уж и все? – прищурилась я.
– Абсолютно, – закивал Егоров, который в тот момент ради зачета согласился бы отгрызть зубами все ручки с дверей факультета.
– Тогда убери книги от кафедры! – приказала я.
– Куда?
– Не знаю. Они должны исчезнуть, но выкидывать в мусор их нельзя!
– Сделаю! – кивнул Костик и положил на стол зачетку: – Вот туточки распишитесь.
– Э, нет, – захлопнула я синюю книжечку, – сначала деньги, потом стулья. Справишься с заданием – приходи.
– Их завтра уже не будет, – бойко пообещал оболтус.
– Вот и хорошо, – согласилась я. – Приду около семи на семинар к вечерникам, и, если коридор окажется чистым, получишь свой зачет."
"На следующий день я, начисто забыв о договоре, приехала вечером в институт и поразилась: ящики, набитые печатным хламом, пропали. Не успела я войти на кафедру, как в комнате материализовался Костик.
– Задание выполнено, – отрапортовал он, – ставьте зачет.
– Надеюсь, ты не выкинул тома на улицу? Иначе у нас могут случиться неприятности, – вздохнула я, расписываясь в нужной графе.
– Не, их люди унесли к себе домой.
– Кто? – изумилась я.
– А все! Хватали, давились.
– Ты врешь! – забыв про статус педагога, воскликнула я.
– Зуб даю, – закивал Костик.
— Как ты сумел убедить народ разобрать… э… гм… ну, в общем, книги?
– А вы невнимательная, – укорил двоечник. – Просто объяву повесил, не видели? Посмотрите в коридоре.
Я вышла за дверь.