Что за хрень собачья! То есть просто член Иисусов!
О Боже, подумал Джоунси, когда вдруг нахлынуло это: единственное, что он позабыл из их первой охотничьей поездки в «Дыру в стене». Забыл… или постарался выбросить из памяти? Как и остальные… Может быть. Вероятно.
Потому что в последующие годы они толковали обо всем, что случилось в далеком детстве, делились впечатлениями… и все такое. Все, кроме этого.
Головы у него не было… Глаза забиты грязью.
Что-то случилось с ними тогда, что-то, связанное с тем, что происходит с ним сейчас.
Если бы только я знал, что это, думал Джоунси. Если бы знал…
2
Энди Джанас обогнал остальные три грузовика в их маленьком караване, оставил их далеко позади, потому что водители в отличие от него не привыкли ориентироваться в этом белом дерьме. Сам он вырос в Северной Миннесоте и чего только там не навидался. В том числе и таких вот метелей. Кроме того, он вел одну из лучших армейских машин – «шевроле» последней модели, полноприводный пикап, и все приводы сегодня задействованы.
Все же на шоссе почти не было снега: пара армейских снегоочистителей прошла с час или около того назад (вскоре он их догонит, а тогда сбросит скорость и поплетется за ними, как примерный мальчик), и с тех пор на бетон навалило всего два-три дюйма. Беда в том, что сильный ветер поднимал клубы снега, и дорога превращалась в сплошной белый призрак. Приходилось полагаться на светоотражающие указатели.
В кузове грузовика лежали два свертка в тройной упаковке. В одном находились туши двух оленей, убитых грибком Рипли. Во втором – и это больше всего беспокоило Джанаса – лежало тело серого человечка, медленно превращавшееся в красновато-оранжевый бульон.