"
"– Эй, Кэти-Кэт! – окликнула Джослин Макэвой, появляясь из-за деревьев с противоположного конца долины: капюшон откинут, короткие волосы повязаны зеленым шелковым шарфом, ремень автомата перекинут через плечо. На куртке алеет мазок крови. – Напугала тебя? – засмеялась она.
– У меня даже давление подскочило!
– Слушай, квадрат четыре зачищен, – сверкнула глазами Макэвой. – Мы сделали около сорока. Джексон доложит точнее, он куда тверже меня в математике. Кстати, о твердом, мне сейчас не помешал бы хороший твердый…
– Извините, леди…
Женщины обернулись.
Из заметенных снегом кустов на северном конце долины показалась группа: с полдюжины мужчин и две женщины. Почти все в оранжевом, но командиром, похоже, был приземистый мужчина, этакий шкафчик, в форменном комбинезоне Блю-группы, видневшемся из-под куртки. На лице тоже сидела прозрачная маска, хотя прямо под ней краснела полоска Рипли. Все были вооружены автоматами.
Галлахер и Макэвой едва успели обменяться растерянными взглядами людей-застигнутых-врасплох-со-спущенными-штанами.
– Это за Ларри! – взвизгнула одна из оранжево-курточных женщин. – Это за Ларри, суки. Это за Ларри!
12
Когда в долине вновь стало тихо, приземистый мужчина с Рипли-эспаньолкой собрал подчиненных около лежащего ничком трупа Кейт Галлахер, которая была когда-то девятой на выпускном курсе Уэст-Пойнта, прежде чем заразиться проказой, именуемой Курц.
– Я твердо верю в принципы демократии, – начал он, – поэтому вы, друзья, можете делать все, что хотите, а я подамся на север. Не представляю, сколько придется учить канадский гимн, но попробую узнать.
– Я с тобой, – вызвался один из мужчин, и вскоре стало ясно, что никто не собирается откалываться от группы.
– Всегда мечтал о таком, – признался Эмил «Дог» Бродски. – Обожаю всякие новинки.
Они покинули долину смерти в том же направлении, откуда пришли. Время от времени в лесу раздавались одиночные выстрелы, пулеметный огонь, но было уже ясно, что операция Зачистка тоже закончена.