Быстро оценил перспективы – после вдовушки на слово он больше никому не верил – богатое поместье, совсем юная, единственная наследница у хлебосольного и добродушного графа, и приступил к действиям. Ясно было, что такой цветок молодые женихи не упустят, а отец на обретённого родственника как на потенциального зятя даже не смотрел. Пришлось форсировать события.
Благо опыт уже был!
Графиня осиротела за четыре месяца до своего совершеннолетия, и тут баронет, почувствовав скорую развязку, допустил промашку.
Баронет явился в поместье после похорон уже как полновластный хозяин и опекун несовершеннолетней наследницы. Изначально собирался девчонку утешить и постепенно приручить к себе. Но Адель разрыдалась у него на груди, прижавшись, словно ища утешения. Похоть ударила в голову, и Фернан принялся жадно целовать девушку, больно стискивая через лиф платья нежные полушария.
Но даже полный рот крови не помешал пообещать дуре, что она в скором времени поплатится за свою дерзость. Мол, хотел с тобой по-доброму, но раз ты так, то пеняй на себя!
– Я единственный твой родственник мужского пола, – превозмогая боль, заявил баронет, – до совершеннолетия ты находишься под моей опекой.
Девчонка попятилась и замотала головой.
– Выйдешь, деваться тебе некуда! – припечатал кузен. – А пока посидишьв поместье. Подумаешь о своём поведении. Я тебе не папенька, потворствовать не собираюсь!
Был уверен, что девка никуда теперь не денется. Адель вела себя тихо, не перечила, слёз при нём больше не лила, впрочем, он пока рук не распускал.
Усыпила бдительность опекуна, дождалась совершеннолетия и дала согласие на брак с другим! Вдовствующая графиня Д’Аламос свалилась, как снег на голову, и буквально поставила Фернана перед фактом:
– Мой сын Анри берёт в жёны вашу родственницу.
– Но я её опекун! Без моего согласия...
– Обойдёмся, – графиня прищурила глаза. – Адель с сегодняшнего дня совершеннолетняя, и разрешение на этот брак уже получено от самого короля.
Подсуетилась, старая интриганка!
Пришлось смириться.