Женщина в чепце запоздало ахнула, потом пригляделась ко мне, будто увидела впервые, нахмурилась, досадливо махнула на меня рукой и полезла в воду, вытаскивая сети.
- Возьмите мой камзол, хозяйка, - сказал мужчина и накинул мне на плечи черный камзол
- тоже подделку под старину. Покрой семнадцатого века, а пуговицы - как в восемнадцатом. Дутые, серебряные.
Но пусть они тут хоть все не разбираются в истории, одежда была кстати. Я запахнулась поплотнее, подпрыгивая на месте, чтобы согреться. Камзол пах табаком, и я чихнула -таким крепким был запах.
- Думаю, нам лучше пройти на мельницу, - сказал мужчина. - Вам надо одеться, и я бы тоже не отказался надеть что-нибудь сухое и погреться у огня.
Погреться у огня!.. Мне захотелось закатить глаза. Они тут все в роль вошли? Изображают из себя средневековых крестьян. Только плохо изображают. Недостоверно.
- Дров у нас мало, - встряла женщина в чепце.
Как будто её спрашивали!
- Я заплачу за дрова, мамаша Жонкелия, - сказал мужчина.
Она засопела и начала раскладывать сети на берегу.
И имя у нее дурацкое - Жонкелия! Как будто бывают такие имена! Историю надо учить, реконструкторы! Хотя бы позаботились разузнать о валлийских именах!
Но тут мужчина пригляделся к сетям, которые мамаша Жонкелия раскладывала на камнях, и присвистнул.
- Ого! - он прищурил один глаз и неприятно усмехнулся. - Кто это вас так не любит?
- Что? - переспросила я, ничего не поняв.
- Кто-то разрезал ваши сети, хозяйка, - мужчина указал на дыры между нитяными ячейками.
- Это не мои сети, - я дернула плечом. - Идемте на мельницу. И не вздумайте ничего платить этой грубиянке, - я сердито взглянула на женщину, которая теперь стояла перед разложенными сетями и угрюмо изучала дыры в них. - Кстати, - камни больно впивались в босые ступни, и я ахала и охала на каждом шагу, - я не поблагодарила вас. Вы меня спасли. Я бы точно утонула. Как вас зовут? Вы тоже приехали сюда на фестиваль?
Мы поднимались по берегу к мельнице, и я вынуждена была хвататься за пожухлую траву, потому что тропинка наверх была крутая и скользкая от грязи.
- Меня зовут Рейвен Кроу, - ответил мужчина после секундной заминки. - Я - местный судья.
- Вот как? Тогда вам надо привлечь эту женщину. Здесь запрещена рыбная ловля. И я чуть не погибла из-за этих сетей. А меня зовут...
Но мужчина меня опередил, и теперь голос его звучал необыкновенно мягко:
- Вы, наверное, не в себе, хозяйка? Мы с вами знакомы, и я знаю ваше имя - Эдит Миллард.