Леди второго сорта

Оно не было обидным, вот только мне не хотелось, чтобы леди Горн воспринимала меня беспомощной калекой.

— Тут полно слуг, так что я редко остаюсь в одиночестве, — немного жестче, чем хотелось бы, ответила собеседнице.

— Лукас сказал, ваша травма связана с падением с лестницы.

Кейт, словно не заметив моего тона, глядела спокойно и внимательно, а я пыталась понять, что она думает. Какие мысли скрываются за яркой внешностью сидящей напротив блондинки? И кто она такая на самом деле? Сомневаюсь, что местные врачи могут позволить себе столь дорогие украшения.

Бриллиантовый кулон, поблескивающий на груди у Кейт, один стоил целое состояние, а к нему в пару шли еще и сережки. Да и колечко на среднем пальце левой руки, хоть и скромное на вид, но бриллиант в нем удивительно чистый. И огранка тонкая. Моя бывшая начальница любила бриллианты и носила их «и в пир, и в мир», поэтому я хорошо знала, как они блестят.

Мысли о работе заставили поморщиться. Никак не привыкну, что та жизнь осталась позади, и думать нужно не о прошлом, а о новом будущем.

Мне вдруг вспомнилась фраза Давенпорта о винных пробках и блондинках, которых коллекционирует Лукас, и в душе шевельнулось неприятное чувство. Интересно, Кейт тоже побывала в его коллекции?

«Что ты зациклилась на всякой ерунде? — проснулся внутренний голос. — Лучше соображай, что ответить на вопрос».

Я молчала, обдумывая, что сказать. Кейт меня не торопила.

— К сожалению, сам момент падения я не помню, — решив придерживаться прежней версии, объяснила собеседнице.

— Как и все, что было до него.

— А людей? Родителей, тетю, опекуна?

— Нет. Ничего. Чистый лист.

— А помните, что было за Гранью?

— Смутно. Какой-то тоннель. Я долго шла по нему, а потом появился свет, и я очнулась.

— Свет в конце тоннеля, — тихо повторила Кейт, и посмотрела на меня чуть внимательнее. — Значит, вы очнулись и… Что было дальше?

— Сначала не поняла, где я.

— Испугались?

— Нет. Просто решила, что это сон.

— Почему? Обстановка показалась незнакомой?

— Да.

— А потом?

— Потом пришел доктор. Он и рассказал мне, что я не приходила в себя почти две недели.

— И что вы ощутили? Страх? Неверие? Отчаяние?

— Да нет. Ничего такого. Скорее, неудобство. И раздражение, — я заметила вопросительный взгляд Кейт и пояснила: — Из-за собственной слабости.

— Ног не чувствовали совсем?

— Почти.

— А подробнее?

— Иногда мне кажется, что я ощущаю боль в ступне, а вчера у меня получилось немного подвинуться на сиденье.

— Интересно.