— Это вы, лорд Хольм, сейчас так думаете. А как срастется нога неправильно, сами же потом ко мне и придете. И будете умолять все исправить, потому как перелом у вас со смещением, прямо скажем, нехороший перелом. Так что не сопротивляйтесь, и не мешайте мне делать мою работу. О, леди Бернстоф, — заметив меня, улыбнулся Штерн. — Как самочувствие?
— Благодарю, доктор. После вчерашнего массажа мне гораздо лучше.
Я не стала признаваться, что кроме массажа, который делал Штерн, занимаюсь еще и гимнастикой. И дыхательной, и обычной.
Руки пристойно сложены на коленях, на губах играет легкая улыбка, взгляд застенчивый и робкий — впору «Оскар» давать за идеальное попадание в образ. Похоже, доктор поверил.
— Что ж, это замечательно.
— Исключено! — резко отрубил Хольм.
— Вас так пугает мое общество?
Я с иронией взглянула на оборотня, мигом забыв о том, что должна изображать робкую деву.
— Ну что же вы, лорд Хольм? А кажетесь таким бесстрашным мужчиной.
— Предпочитаю ночевать в собственной постели, а не оставаться из милости в доме, где мне не рады.
Лукас сердито сверкнул глазами.
— А откуда такие выводы? Я ни разу не дала вам понять, что мне неприятно ваше общество. К тому же, вы нуждаетесь в помощи, я готова ее оказать — так в чем проблема?
— Благодарю, леди Бернстоф, но я предпочту обойтись без вашей лицемерной доброты.
Оборотень рывком поднялся с кресла, заставив Штерна отшатнуться, и сделал шаг, но тут же побледнел, попытался что-то сказать, и с глухим стуком рухнул на пол.
— Что и следовало ожидать, — пробормотал доктор. — До чего же упрямый! У него кость в нескольких местах раздроблена, а он геройствует. Миледи, если вас не затруднит, позовите прислугу, лорда Хольма нужно перенести в гостевую комнату. Я наложил заклинание, но его действия надолго не хватит, ногу нужно зафиксировать шинами.
Штерн склонился над оборотнем, а я подъехала к столу и дернула шнурок звонка.
— Миледи?
Присси появилась меньше, чем через минуту.