Это раздражало нас обоих."
"И сейчас, когда я рядом с оригиналом своих желаний, без опасений повторения прошлого, чувствую себя счастливой. Конечно, внутри, где-то глубоко в недрах моей души, все еще немного боязно, но это решит только время. И сейчас я учусь доверять тому, кого люблю.
— Из той самой кофейни? — спрашиваю, подогнув под себя ноги. И, укутавшись в одеяло, чтобы скрыть наготу, сажусь по-турецки, подбив под себя края ткани.
— Нет, — отвечает моя любовь, поставив на мои колени свою ношу с едой, — я хоть и расплатился за разбитый стол, но желанным гостем стал вряд ли, — усмехается он, а затем тянет за левый край одеяла, чтобы залезть ко мне.
Бодра в нежности касаются жесткие пальцы. Они ведут свой танец к колену, перебираются на внутреннюю часть бедра и исследуют выше… И выше…
Тело пронзают приятные мурашки предвкушения, дыхание ускоряется, когда, из-за стоящего на разведенных коленях подноса, я не могу свести ноги и мой сладкий мучитель пользуется этой возможностью.
Ласка становится интимнее и пальчики на ногах вытягиваются. Дыхание мешается с моими тихими стонами, когда, отдавшись на милость томительной истоме, перестаю контролировать себя, с удовольствием сдаваясь в плен наслаждения…
Поднос с грохотом приземляется на прикроватную тумбу, а меня, освободив от единственной ткани, касается горячий язык… Там, где скрыто пламя моего желания…
— Макар…
Я не смущаюсь с ним, не стесняюсь, потому что отпускаю себя. Впервые за столь длинный срок даю себе дышать, откинув все лишние мысли, туманящие разум.
Туман — не всегда хорошо,
Ветер — не всегда опасно,
Но когда они рука об руку, рядом…
— Ах…
Мне не хватает совсем немного, когда Макар отрывается от меня, но лишь для того, чтобы стать еще ближе друг к другу…
Стать единым целым…
Я люблю его так давно и так сильно, и все, чего хочу сейчас — это быть вместе с ним.
Рядом…
Ближе…
Еще…
Еще…
Спальню оглушает женский вскрик удовольствия, следом мужской рык, а потом нежное баюканье и шепот на ушко… Только для нас двоих…
Глава 33
Мы собираемся идти гулять.
Выдохнув минуту назад и уложив меня спиной на свою еще влажную грудь, мы отдыхали, не в состоянии оторваться друг от друга. Он будто стирал воспоминания о другом. Том другом, который заменял его, а я, признаться, никого, кроме него и не помнила.