Я должна была выглядеть помимо того, что просто великолепно, но как женщина, которая довольна своей жизнью. Которую шакалы пытались, но так и не смогли повалить на землю. Учитывая, что я приду… Ну не с одним из них, но тем, кто участвовал. И пусть между собой вопрос закрыт, но все они запомнили меня той. Разбитой, жалкой… Продолжать не буду.
Красное — вычурно, синее — посредственно, розовое — мне же не семнадцать, зеленое — просто нет, беж… возможно и, как оказалось позже, абсолютно точно да!
Корсет без бретелей на запах, видимость пояса из той же присобраной ткани, юбка полусолнцем с разрезом сбоку, оголяющим левую ножку… И съёмные, легкие, как сам воздух, рукава-воланы.
Тая увидела его едва войдя в магазин. Ахнула, остановившись, и даже не посоветовавшись, без промедления попросила консультанток снять его для меня с манекена.
"Макар в черном костюме и белоснежной рубашке, расстегнутой на пару верхних пуговиц. Рубашка была застегнута, но, вероятно моему мужчине при виде меня потребовалось больше воздуха, что вызвало у меня довольную улыбку и заменила все последующие комплименты, которые, к слову, были.
Мы вызвали такси и только когда Макар усадил меня на заднее сидение машины класса люкс, я поняла, что сейчас увижу их.
Интересно, помнят ли они? Сильно ли изменились? И сколько еще я буду трястись, аки заяц?! Макар, заметив мое еще более нервное, чем обычно состояние, накрывает мою ладонь своей и успокаивающе поглаживает большим пальцем.
— А хочешь, повернем и завалимся в «Макдональдс»? — улыбается он своей обаятельной коварной улыбкой.
— О, нет, — качаю головой, — думаю, ты был прав.
Ответом мне — кивок. И остаток дороги мы занимаемся тем, что молчим. Я хочу настроиться самостоятельно и Ветров мне такую возможность дает.
В зал входим рука об руку. Дверь ресторана отворяет перед нами швейцар и я буквально вплываю в зал. Ветров ведет меня вперед, придерживая за талию, расставляя шахматы на доске довольно ясно. Надеюсь, не только для нас.
У дверей по ту сторону встречает нас лучезарная Катя месяце эдак на шестом.