Вместо того чтобы бродить по пустой гостиной, съездит и навестит.
Он подхватил пакет с новыми игрушками, которые для него приобрела услужливая секретарь, схватил ключи от машины и вышел из квартиры. Порулил по известному адресу.
Баграт не хочет и не будет проводить вечер в гордом одиночестве.
Уже через двадцать минут он поднимался в квартиру Миланы. Стал звонить в дверь.
Заготовил фирменную улыбку, которая гарантировала ему успех у противоположного пола. Он с помощью этой улыбки закадрил несметное количество девчонок, даже госэкзамены и то помогла ему сдать.
Но когда открылась дверь, Милана почему–то совсем ему не обрадовалась.
Выглядела откровенно жутко: на волосах у лба гречневая каша, бежевый топик облит водой, к груди пристегнута прищепкой Пашкина соска. Похоже, вечер в самом разгаре.
– Только тебя мне тут не хватало для полного счастья… – сказала она, насупившись. – Чего пришел? Договорились же, что явишься через неделю!
Ни тебе «Здравствуй, Баграт», ни «Ох, как я рада тебя видеть…».
Ведь с подарками приехал.
– Посторонись, женщина, – сказал он с грозным видом. – Я приехал к сыну. Мне что, даже увидеться с ним нельзя?
Все, чего Баграт дождался после этих слов – возмущенного взгляда.
На всякий случай предупредил:
– Я не уйду.
С удовольствием наблюдал, как Милана отошла от двери, пропуская его в квартиру.
То–то же. Она так просто от Баграта не отделается.
Глава 23. Нахальный гость
– Что это у нас тут происходит? – проговорил Баграт.
Милана с суровым видом наблюдала, как он обвел кухню хозяйским взглядом и направился к Пашке, восседавшему в высоком детском кресле для кормления.
Перед сыном стояла синяя тарелочка с гречневой кашей.
– Воспитательный процесс, – проворчала она. – Учу держать ложку.
В этот момент Пашка с радостным визгом зацепил немного гречки и швырнул вместе с ложкой на пол. Он–то в специальном слюнявчике, который по размерам напоминал дождевик. А вот кухонному полу и всему, что вокруг, так не повезло.
"– Ясно… – протянул Баграт, видимо, проникнувшись серьезностью ситуации.
Милана быстро подхватила ложку, вымыла ее и вручила Баграту.
– Покорми его, а я сейчас, – с этими словами выскользнула из кухни.
Первым делом пошла в ванную, умыла лицо, вытащила из волос кашу.
Потом юркнула в спальню, быстро проверила, осталась ли какая–то чистая и глаженая одежда. Не хотелось ей больше слышать от Баграта, что она как–то не так выглядит.