Он пил её, вдыхал в себя её запах, вбирал ощущения её губ, гладкости кожи, податливости тела и не мог насытиться. Ничего не мог. Потому что то лишь мечты. Бесплотные грёзы о жизни, которой у них никогда не будет.
***
Дорога стелилась под копытами их коней. Они торопились, опасаясь преследования. Но чем большее расстояние оставалось между ними и столицей провинции, тем крепче становилась уверенность в том, что Андреас никого не отправил за Эрикой. А через две недели вполне спокойного пути, они подступили к туманному лесу, в который не решались входить ни звери, ни люди.
Лес поднимался перед путниками тёмными исполинами вечнозелёных деревьев, между которыми шла узкая тропа, будто созданная самой природой. В густых ветвях клубились обрывки белёсого тумана, что не покидал этих мест ни в студёную зиму, ни в самое жаркое лето. Он служил защитой, не пускал случайных путников к краю мира.
Переночевали у леса, а наутро отпустили лошадей и подошли к тропе. Туман путал, проникал в мысли иллюзорными образами. Лишь взгляд Холгера мог видеть сквозь магический заслон. Ему и предстояло провести спутников к краю мира. Достаточно было отдалиться друг от друга на пару метров, чтобы заблудиться, потому они обвязались верёвкой. Холгер или Рикард будут вести, остальные гуськом следовать за одним из них.
– Готовы? – Холгер обвёл взглядом спутников.
И про себя отметил, что все они стали ему близки. Разве что Селвин по-прежнему вызывал опасения. А край мира, где пропадёт надобность в проводнике, совсем близко.
– Веди, – уверенно кивнула Эрика,
Заглянув в её глаза, он грустно улыбнулся и первым вошёл в туман.
Было сложно, члены отряда то и дело дёргались в стороны, постоянно теряя ориентиры.
Картина вокруг не менялась ни в первый день, ни на десятый. Всё тот же туман, оплетающий дымкой деревья, и дорожка под ногами.