Как сын простого кузнеца подался в наёмники, пробился в известный клан сумеречных воинов, выжил после гибели всех его членов и отправился на край мира, чтобы дать покой душе своего учителя. И как закончил свою жизнь в нижнем мире? Об этом он не хотел думать. И уж тем более писать.
Желание бороться не пропало, даже несмотря на кажущуюся безвыходность ситуации. Наверное, это говорили в нём привычки, природный оптимизм. В конце концов, он выбирался из таких передряг, в которых невозможно выжить. Как бы то ни было, такая книга не будет написана.
Снова раздались шаги. Те же шаркающие. Тюремщик ходил между камер. Нижнее окошко в двери опустилось, на него поставили поднос с тарелкой и кружкой.
Принюхавшись к похлёбке, сумеречник не уловил знакомых ароматов. Разве что можно было сравнить запах с пшеницей. Но силы нужны, и он осторожно принялся за трапезу. Похлёбка оказалась безвкусной.
– Незабываемое пиршество, – слова родной речи звучали чуждо в новом мире.
– Поешь. Силы будут нужны, – женский голос пронзил тишину, словно кинжал.
"Рикард подскочил на месте, оглядываясь, и отступил к стене. Темнота в помещении сгустилась, стала тяжёлой, словно патока, и потянулась к центру, формируя в дымчатых потоках женское тело. Вот обозначились соблазнительные изгибы, покрываясь белоснежной кожей, следом проявилось увешанное золотыми цепями чёрное платье. По хрупким плечам рассыпались блестящие пряди. Вспыхнули два глаза: красный и белый.