– И Тсерсус им помогает!
– Куда они могли направиться, Шейдс? – второй голос звучал спокойнее, сумеречник с трудом различил его из-за порывов ветра.
– Они хотели попасть в Сад Сигурн.
– Тогда нужно сообщить Моркейму.
Мужчины продолжили разговор, но голоса начали отдаляться. Холгер вкратце передал Рикарду суть разговора незнакомцев. Становилось понятным, что речь шла об их друзьях. Переглянувшись, они решились войти в деревню. Непогода разогнала жителей по домам, но те могли заметить чужеземцев через окна, потому пришлось перемещаться осторожно, перебежками, стараясь держать мужчин в поле зрения.
Вскоре мужчины свернули в сторону более широкой улицы и вошли в деревянное одноэтажное здание с полукруглой крышей, больше похожее на храм. Здесь было оживлённее, пришлось подождать, пока мимо пройдут несколько жителей деревни. И только потом друзья стремительно пересекли улицу и вбежали в здание.
Ворвавшись в полупустое помещение, Холгер быстро оценил обстановку. Один из мужчин стоял к ним спиной прямо у входа. Другой сидел на коленях у алтаря бога войны. Судя по синей хламиде, он был служителем Моркейма. И сейчас, обращаясь к своему божеству, ничего не замечал вокруг, в том числе и скрипа открывшейся двери. Зато второй начал оборачиваться. Но раньше к нему подлетел Рикард и приставил к его горлу лезвие меча.
– Кто смеет… – начал было возмущаться мужчина, оборачиваясь к нему, и тут же замолк.
Необычные карие глаза с чернотой вместо белка широко распахнулись от ужаса и удивления.
– Мы ищем наших друзей, – сообщил Холгер сухо. – Чужестранцев. С ними была черноволосая девушка.
– Они улетели, – пробормотал второй испуганно. Судя по голосу, Шейдс. – Их здесь нет!
– Да, они улетели, – подтвердил Олдис, кивнув.
– Что ты собирался сделать у алтаря? – потребовал ответа сумеречник, надавив острием меча на горло мужчины.
– Я уже сделал, – священник зло усмехнулся. – Моркейм знает, что прибыла девушка из пророчества. Их найдут.
Внутренне Холгер вскипел от гнева, а внешне остался спокойным, даже когда лезвие скользнуло по горлу служителя Моркейма, и тот рухнул на пол перед алтарём своего бога, хрипя в предсмертной агонии.