Раздвинул кусты и поднял оружие с земли. Взвесил его в руке, пару раз взмахнул для пробы, потом вернул мне.
– Твоё преимущество в скорости, быстроте реакции. Этот меч хорош, но слишком тяжёл для тебя. Подыщем тебе другое оружие. Хорошо бы найти что-то близкое к орвинийской шпаге.
– Это было бы здорово, – обескураженно отозвалась я.
Меч действительно тяжеловат, но никто никогда и не создавал оружие мне по руке. Дочери конунга вообще не положено воевать.
– Стефан тебя обучал? – Рикард вновь поднял с земли тушку и махнул рукой над плечом, приглашая двинуться дальше.
– И он тоже. Иногда побратимы отца, когда он не видел.
– Понятно. Хватала там, где дают, – закивал он головой, пребывая в задумчивости. – Нужно найти тебе метательное оружие. Кинжалы. О! А ещё лучше сделать тебе болас.
– Никогда не слышала о таком.
– Флассийское оружие. Это связка верёвок или ремней, на концах которых крепятся металлические шары, камни либо даже лезвия. Их раскручиваешь и мечешь. Оружие как раз по тебе, – он вновь с довольной улыбкой оглядел меня.
– И после этого я странная?
– Я и не претендую на нормальность, – пожал он плечами, весело ухмыльнувшись. – Вон и твой жених, – он указал кивком головы вперёд, где среди деревьев показались обеспокоенные Стефан с Корой.
– Он мне не жених, – в очередной раз повторила я.
– Ну да, ты же свободная девушка.
– Я… нет.
– По законам свободная, Эрика. А на деле… – он хмыкнул, так и не договорив.
– Вы в порядке? – ко мне подлетела Кора. – Землю так трясло…
– Да, мы тоже почувствовали, – подтвердила я, глядя в спину удаляющегося проводника.
Странный? Слишком ёмкое слово для него…
Мы вернулись в лагерь. Там приготовили похлёбку с добытой птицей, пусть мяса и было маловато, плотно поели. И только потом Рикард поднялся со своего места, чтобы объявить:
– Мы идём к краю мира. И дальше. В земли полубогов. К Саду Сигурн.
Поймав на себе злой взгляд Стефана, я выпрямилась, мысленно готовясь к скандалу.
/Изгой/
Селвин затих, прижимая к себе дрожащую Кору.
– Нужно возвращаться, – подарив ей мимолётный поцелуй, он приподнялся, оглядываясь в поисках одежды. – Нас хватятся.
– Разве что Эрика.
Сестра невинна, мила. Она и не подумает, что влюблённые отлучились, чтобы побыть наедине. Напридумывает бед. Отец не отказывал ей в мудрости и жестокой правде жизни, она выросла проницательной.