— Залезай давай, пробку собираем! — крикнул я ему, когда сзади начали недовольно бибикать. Проезжая часть в этом старом переулке была довольно узкой и объехать остановившуюся машину при наличии встречного движения было невозможно.
Илья запрыгнул на пассажирское сиденье рядом со мной и выпучив глаза рассматривал машину изнутри. Даже вывернулся змеёй, чтобы увидеть устройство пассажирского салона.
— Круть! — восхищённо произнёс Илья. — Напрокат взял?
— Купил в рассрочку.
— Банк что ли ограбил? — с подозрением спросил он и я его понимаю.
— Нет, были накопления, но, если бы мне не сделали хорошую скидку и рассрочку, я бы не потянул такое.
— Ну, поздравляю тогда, — сказал Илья и протянул мне руку.
Я пожал её, стараясь следить за непростой утренней дорожной обстановкой."
"Пациент с асептическим некрозом бедра пришёл где-то в районе девяти, перед ним я успел принять уже пятерых. Ходьба с опорой на костыль немного искажает понимание со стороны о степени нарушений, но мне показалось, что сегодня ему ходить немного легче, чем в прошлый раз.
При сканировании тазобедренного сустава я увидел, как постепенно восстанавливается некротизированная часть головки бедра. Укрепились костные трабекулы, постепенно прорастали новые сосуды. Очень неплохие показатели. До полного восстановления ещё далеко, но прогресс налицо, обсуждению и сомнениям не подлежит.
С костылём расставаться пока рано, но это время не за горами, возможно через месяц или максимум полтора регулярных процедур.
Я рассказал мужчине дальнейшую тактику поведения, особенности питания, обогащённого кальцием и витаминами. Необходимость введения в рацион богатого витамином «Д» рыбьего жира заставило его немного скривиться, но пообещал выполнять.
Следующей на приём зашла бабулька лет восьмидесяти. Она держалась за живот и шла мелкими шажочками, скрючившись от боли. Судя по её страдальческому выражению лица, боль была сильной, она немного покряхтывала, но держалась, как могла.
— Давно живот-то так болит? — спросил я, поддерживая её под локоть, пока она забиралась на манипуляционный стол.
— Да уж третий день, сынок! — жалобно произнесла она.