Прошло несколько секунд тишины, и два следующих один за другим взрыва рассказали, что произошло в квартире.
– Бахча, я тебя слушаю! – приказал Ротмистров.
– Он всю дверь не распахнул, – доложил Арбузов. – Приоткрыл и ждал. С гранатой в руке – слушал, что ему предложат, чтобы гранату на голос бросить… К двери, видимо, вплотную стоял… Прислонился… Я из «подствольника» в дверь выстрелил… Его дверью ударило, и граната из рук выпала… Там взорвалась…
– Видим, что там, – сказал Вадим Александрович.
– Дверь открыта. Можем захватывать.
– Бахча, иду к тебе, – сообщил Ротмистров. – Без меня в квартиру не входить…
Добежать до подъезда и подняться на пятый этаж – дело нескольких десятков секунд.
– Мы пошли, – сообщил Ротмистров в эфире таким зверским тоном, словно кому-то очень серьезно угрожал.
– Рассказывай по дороге… – предложил Вадим Александрович."
"Рассказать, видимо, было что.
– Теперь даже «половинки» не осталось, – догадался Призрак. – Расскажи, командир, что видишь… Мы любопытные…
– «Половинка» пыталась пистолет поднять… Теперь в живых только две «четвертинки» остались… Двое тяжелораненых. Пусть такими и остаются. Допрашивать кого-то следует… С ними со всеми разберутся парни из «Альфы».
– Какая бабушка? – не понял Вадим Александрович. – Откуда там бабушка взялась?
– Из соседней квартиры… Перегородка в коридоре тонкая… Гипсокартон, за ним стена в полкирпича.
– Не пугай народ, Валентин Николаевич, – засмеялся Призрак.